Минск

Мой Минск: смотрю на зашитый в асфальт проспект, а вижу его утопающим в зелени…

Родному городу 950 лет!
До ноября 1958 года Площадь Победы имела название Круглая площадь

До ноября 1958 года Площадь Победы имела название Круглая площадь

Я родилась в Минске. Моя мама родилась в Минске. Дед и бабушка приехали сюда в начале 20-х, то есть почти сто лет назад. Мои прадеды наверняка никогда не бывали в этом городе. Коренная я минчанка или нет? Не знаю, да и мне все равно. Я просто его люблю, мне здесь хорошо.

Мой Минск достаточно маленький город. Есть районы, в которых я никогда не бывала. Но у меня есть свои «места силы», которые я вижу сердцем. Знаменитый нейролингвист Татьяна Черниговская говорит, что смотрим мы глазами, а видим мозгом. Так вот я на Минск смотрю глазами, а вижу его сердцем.

Смотрю на зашитый в асфальт и плитку главный проспект, а вижу его утопающим в зелени, как в моем детстве, и пузатые троллейбусы по нему едут, и машин совсем мало. Вместо помпезной гостиницы «Европа» - кафе «Пингвин» с мороженым в алюминиевых вазочках на ножках.

Площадь Победы на самом деле круглая. С изумлением недавно обнаружила, что, когда говоришь «это в районе Круглой площади», тебя мало кто понимает.

Зато на месте Дворца Республики мое сердце видит уютный скверик с лавочками. А «недокемпински» я не вижу совсем, хотя каждый раз вздрагиваю и спотыкаюсь, когда взгляд наталкивается на него даже не на проспекте, а со стороны парка Горького - большую часть жизни привыкла видеть там открытую панораму и простор, и реку, и лодочки на ней.

Я даже лягушек на фонтане «Мальчик с лебедем» видела всегда, хотя их вернули совсем недавно. Но для меня они были! А вместо кафе Купаловского театра напротив фонтана стояла лавочка. Любимая лавочка купаловцев, на которой после утренней репетиции или перед вечерним спектаклем можно было встретить и Станюту, и Макарову, и Тарасова. Подойти к ним мог любой минчанин, никогда никому отказа не было. И Паниковкой этот сквер тогда не назывался. Да я и название Осмоловка услышала впервые несколько лет назад, хотя домики за Оперным театром в детстве мне казались отдельным сказочным городком, по которому я прогуливалась с бабушкой.

Лягушки на фонтане «Мальчик с лебедем»

Лягушки на фонтане «Мальчик с лебедем»

Фото: Дмитрий ЛАСЬКО

Да, я испытываю ностальгию по тому Минску, городу детства. И это естественно и нормально. Но и сегодняшний город мне дорог. Я уже привыкла к Ратуше, самая пьяная улица города не такая уж пьяная, зато живая, яркая, шумная и веселая. А вот веселья моему Минску очень не хватает.

Я никогда не видела Минск другим. Про разрушенный в войну город рассказывала мама: как они жили на территории гетто после возвращения из эвакуации, как она по руинам в темноте пробиралась в школу при консерватории на площадь Свободы. Но я получила его уже таким - чистым (да, Минск точно был чистым и сорок лет назад), с широкими улицами, просторными площадями. Мне хотелось бы заглянуть в Минск, который говорил минимум на четырех языках, или в тот Минск, который собирал деньги на городской театр, или Минск времен получения Магдебургского права или открытия иезуитского коллегиума.

Но жить я хочу в этом Минске, который пытается развиваться и все время делает ошибки, который старается возрождать традиции и создает новые, в котором мне удобно и уютно несмотря ни на что.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Мой Минск. Город-человек (читать далее)

Мой Менск. Горад шакаладных сыркоў і маіх летуценняў (читать далее)