Общество

Жительница Воронежа, победившая рак головного мозга: «Увидев размер моей опухоли, медики потеряли дар речи»

«КП-Воронеж» продолжает рассказывать истории сильных духом людей
Марина помогает людям, пережившим онкологическое заболевание.

Марина помогает людям, пережившим онкологическое заболевание.

«Через десять минут после начала процедуры МРТ меня резко выкатили из аппарата. У медсестер были круглые от удивления глаза, они испуганно пятились назад. Помню, как зашла в кабинет и заявила, что я взрослый человек, все понимаю, и попросила их объяснить мне, что же произошло. Они потеряли дар речи. Тогда я посмотрела на экран и увидела огромное образование у себя в голове».

Марине Брысенковой 42 года. Она замужем. С будущим супругом познакомилась еще в институте в 1995 году. Почти сразу поженились. Это была любовь с первого взгляда. Спустя три года у них родился сын.

Сын Марины и ее мама.

Сын Марины и ее мама.

Вот только через какое-то время отношения дали трещину. Пара разъехалась. На развод подавать не стали - времени не было. Девушка уехала в Москву, открыла свой бизнес. С мужем всегда поддерживала связь. Они оставались «друзьями». Затем пришла болезнь.

Почти шесть лет назад Марина услышала диагноз, который пугает даже своим названием: анапластическая олигодендроглиома третьей степени. Проще говоря, рак мозга. Муж помогал во всем, поддерживал. И после 10 лет разлуки и успешного лечения они снова вместе.

Марина с мужем.

Марина с мужем.

До сих пор люди не верят, что такой рак можно победить, считают, что Марина все придумала. Ей приводили в пример Жанну Фриске, у которой были лучшие врачи и деньги, но даже это ей не помогло. А тут простая девушка. Как так? Однако наша героиня не слушает никого, она просто рассказывает свою историю, чтобы доказать своим примером: рак- не приговор!

«Постоянно плакала и думала о смерти»

В январе 2014 года Марина начала замечать сильные головные боли по утрам практически каждый день. Таблетки не помогали. Но сначала она не придавала этому значения и все списывала на напряженный рабочий график, усталость и стрессы.

- Решила тогда все бросить и отправиться отдохнуть куда-нибудь на море. В феврале мы с подругой, крестной моего сына, на неделю улетели в Арабские Эмираты. Но там мне не стало лучше. Наоборот, начали твориться абсолютно странные вещи, которые вообще не присущи моему характеру. Я постоянно плакала, начала думать о том, что родители уже в преклонном возрасте и скоро умрут. Звонила маме, сыну, говорила, как их люблю. Мама тогда разволновалась начала спрашивать, что случилось. А я не замечала изменений, говорила, что все в порядке, - вспоминает собеседница.

Если днем девушка могла контролировать свои эмоции, то к вечеру они накатывали с двойной силой. Марина начала просить подругу не оставлять сына, если с ней что-то произойдет. Никто не понимал, откуда такие мысли. Все лишь шутили и пытались успокоить: «Ты же такая молодая, что с тобой может случиться, не говори глупостей».

- Мы прилетели из отпуска. Тогда даже казалось, что мне стало лучше, что отдохнула. Я вернулась к прежнему рабочему ритму. Затем снова возобновились головные боли. Но больше никакой симптоматики не было. Откладывала поход к врачу, чтобы сделать МРТ. Ссылалась на нехватку времени. Все потом, потом, - говорит Марина.

«Раздражал даже солнечный свет»

Весной девушка почувствовала необычные ощущение в области затылка.

- Даже не могу их описать словами. Это не головокружение, не обморок или боли, это нечто среднее. Такого никогда не ощущала. Первый раз это случилось со мной в торговом центре. Я очень испугалась, присела на скамейку, дождалась, пока все пройдет, а затем направилась домой, - делится Марина. - Через какое-то время к этому всему добавился еще один момент: меня начал раздражать солнечный свет, постоянно задергивала шторы. В темноте и полумраке было комфортнее. Все больше и больше хотелось спать. Помню, вставала утром и через несколько часов меня уже снова клонило в сон. А раньше ведь никогда не спала днем.

Марина считает, что болезнь помогла ей вернуться на правильный путь.

Марина считает, что болезнь помогла ей вернуться на правильный путь.

«Папа чуть ли не за руку отвел на МРТ»

Шел уже апрель, а Марина все никак не могла заставить себя сходить в больницу. Может быть боялась услышать диагноз, а может надеялась на наш русский «авось» и думала, что все само пройдет.

- На каникулы ко мне прилетел из Воронежа сын. Он заканчивал школу. Мы отправились в недельное путешествие по Италии. В первый же день мне стало очень плохо. Практически потеряла сознание. Это было похоже на солнечный удар. Тогда я пообещала себе вернуться и обязательно сделать МРТ, - рассказывает Марина.

Наша героиня сразу же позвонила родителям, дала им координаты, если с ней что-то случится. Она даже договорилась с женщиной из Москвы, которая в экстренной ситуации должна была сопроводить сына домой.

- Мне кажется, я тогда настолько испугалась за своего ребенка, что мой организм мобилизовал остатки сил, чтобы протянуть эту неделю без происшествий. Домой мы вернулись благополучно, - делится наша собеседница.

Шел уже май. Болезнь прогрессировала, а Марина продолжала игнорировать свое состояние. В начале месяца она приехала в Воронеж, так как у родителей были дни рождения.

- Папа знал, что со мной происходит и стал настаивать на том, чтобы я поехала делать МРТ. На тот момент я вела себя очень глупо, начала говорить, что у меня работа, что уже купила билет в Москву, мне некогда. Однако папа был непоколебим. Чуть ли не за руку он повел меня в больницу.

В «Электронике» девушку встретили две молодые медсестры.

- Мне объяснили, что процедура займет около 40 минут, и уложили на кушетку. Родители ждали в коридоре. Однако уже через 10 минут меня резко выкатили из аппарата. У девочек были круглые от удивления глаза, они испуганно пятились назад. Понятно было, что дело плохо, - рассказывает Марина. - Помню, как зашла в кабинет к врачам, заявила, что взрослый человек, все понимаю, и попросила их объяснить мне, что же произошло. Они не могли произнести ни слова. Тогда я посмотрела на экран и увидела огромное образование у себя в голове. Я сразу поняла, что это опухоль. Даже без медобразования было очевидно, что она злокачественная.

«Отек мозга - трепанации не избежать»

- Я была в шоке, конечно. Поплакала. Потом взяла себя руки, начала обзванивать подруг, сообщила мужу. Он уговорил меня сделать еще одно МРТ в другом месте. Повторное исследование подтвердило: образование в правой лобной доле. Из-за него начался отек мозга. С результатами МРТ я обратилась к своему знакомому в НИИ имени Бурденко. Посмотрев снимок, он сказал, что избежать трепанации не удастся, а затем помог мне связаться со своим знакомым нейрохирургом в Москве. Ночь или две я не спала, читала в интернете различную информацию. Но настроена была решительно. Хотелось скорее начать лечение, - делится Марина.

Вместе с девушкой в столицу полетела мама. Марина долго ждала звонка от врача, но вместо него ей позвонил знакомый.

- С Юрой я не общалась около четырех лет. Он начал спрашивать, как у меня дела. Я не была настроена разговаривать, но все же призналась, что случилось. Через две минуты он прислал мне номер профессора Сергея Васильева, который работает в НИИ имени Петровского. Это как раз было недалеко от моего дома. Юра сказал, что меня там уже ждут, - вспоминает Марина.

Как только девушка зашла в кабинет, сразу поняла: врачу она доверяет. Было в нем что-то такое, что сразу же располагало и успокаивало.

- Он посмотрел мои снимки. Я спросила про трепанацию, мол, можно ли ее избежать. Врач сказал однозначно: «Нет». Кибернож возможен только при опухоли не больше 3,5 см, а моя достигла уже 7 см. Но Сергей Амурабиевич убедил меня в том, что в процедуре нет ничего страшного. Сказал, что я выйду отсюда такой же красивой, как и зашла. Никакой деформации лица не произойдет, - делится девушка.

«У меня не было даже медкарты»

Из-за отека мозга уезжать из больницы Марине не разрешили - слишком опасно.

- На тот момент у меня не было даже медкарты. Я никогда не болела, не было никаких хронических заболеваний, поэтому пришлось сдать еще несколько анализов. Времени выбивать бесплатную операцию не осталось, поэтому пришлось все оплачивать самой, - вспоминает Марина.

Наступил день Х. 22 мая 2014 года - день операции.

- Она длилась больше шести часов. Когда пришла в себя, то спросила у них, когда начнется операция, а мне ответили: «Все уже позади». Врачи улыбались, после наркоза я была не совсем в адекватном состоянии, но даже тогда понимала, что все прошло хорошо.

Затем была палата интенсивной терапии, а потом - обычная. Встречала девушку мама.

- Я тогда уже шутила, разговаривала. Чувствовала себя замечательно. На вторые сутки после операции начала вставать, ходить. У меня была перевязана голова, очень опухшее отекшее лицо с синяками под глазами, но мне это все казалось такой ерундой. За окном цвела сирень, пели птицы. Тогда я посмотрела на все с другой стороны. Мне это показалось таким особенным, - вспоминает Марина.

В той палате девушка провела еще неделю. Затем ее ждало дальнейшее лечение, но уже на родине, в Воронеже. Нейрохирург посоветовал ей проходить и лучевую, и химиотерапию, чтобы уж точно избежать рецидивов. Врачи обещали, что перенесет она все хорошо, молодая ведь.

- Знакомые, кстати, меня отговаривали. Говорили, что это опасно, что от этого можно умереть, давали ссылки на различные исследования, но я верила своему спасителю. У меня не было желания сидеть на онкофорумах, читать эти ужасы. Я сказала себе, что буду действовать так, как скажет врач, рассказывает Марина. - Считаю, мне повезло. Опухоль была хоть и большая, но располагалась в таком месте, где не было жизненно важных центров, поэтому нейрохирург смог удалить ее полностью. Не было никаких рисков, что я ослепну, оглохну и так далее.

«Сама себе сбрила волосы и ходила лысая»

Началось облучение. Каждый день она ездила в отделение радиологии на процедуры.

- Это было лето, жара. Лучевая нагрузка давала о себе знать. После возвращения из больницы меня сразу клонило в сон. Я понимала, что надо нормально питаться, но аппетита не было. Так как мне облучали зону лба, там начали сыпаться волосы. Через неделю уже полголовы было без них. Я не стала дожидаться продолжения. Сама себе сбрила все. Ходила лысая. Что удивительно, меня это совсем не беспокоило. Раньше у меня была длинная и густая шевелюра, я за каждый сантиметр беспокоилась. А в этот момент мне было все равно. Отрастут. Я ведь так люблю жизнь, я хочу жить! А все остальное - мелочи, - делится Марина.

Больше всего лечение сказалось на нервной системе, так как опухоль головного мозга - это заболевание ЦНС.

- Я была плаксивая, раздражительная, несдержанная. Чувствовала гнев, агрессию, грусть. Обидно ведь, что у всех все хорошо, что все будут жить, а я больная. Тогда все же было неясно, сколько мне осталось - две недели, два месяца или два года…Вдруг рак вернется снова? Но я все-равно очень верила в себя, - рассказывает наша собеседница. - После того, как закончились химия и лучи, мое состояние стабилизировалось. Было очень стыдно за то, сколько неприятностей за время лечения я наговорила.

Марина считает, что понять больного раком может только человек, победивший его.

Марина считает, что понять больного раком может только человек, победивший его.

«Болезнь вернула меня на мое место»

Как говорит Марина, с выздоровлением ее жизнь изменилась в лучшую сторону.

- В моей голове все перевернулось, я пересмотрела многое в своей жизни, поменялись приоритеты. Ведь болезнь - это последнее предупреждение о том, что нужно меняться. А еще я переехала обратно в Воронеж. Болезнь вернула меня на место, на мое место! Страх, что рак вернется, был первые полтора года, а затем я начала про него забывать. - считает девушка.

В детстве Марина хотела стать врачом, но так сложилось, что она пошла учиться на историка. Затем вся ее работа была связана с инженерными коммуникациями в строительстве, потом девушка ушла в индустрию красоты. Перед самой болезнью она занималась недвижимостью. И вот наконец диагноз, после которого она вернулась к своему истинному предназначению - к помощи людям. Именно об этом она мечтала еще маленькой девочкой.

- Я сразу начала интересоваться благотворительностью, искала себя, но тогда не нашла, с чего мне начать. И вот летом 2019 года рак легкого обнаружили у моего отца. Интересовалась информацией о новых методах лечения и наткнулась на страницу благотворительного фонда «Я люблю жизнь». В профиле в Инстаграм они рассказывали истории реальных людей, которые прошли или проходят лечение. Через экран веяло позитивом. Несмотря на то что тема проекта была посвящена онкологии, вся страница этого сообщества была про жизнь, про любовь к ней, - делится Марина.

Когда она прочитала все публикации на странице сообщества, то захотела, чтобы и ее историю тоже там опубликовали.

- Я вспомнила себя, тот период, когда мне не хватало информации, и поняла, что могу помочь другим. Написала в директ этого сообщества и предложила им опубликовать мою историю. Руководители согласились. Но наблюдать за проектом я не перестала. Выяснила, что в Воронеже такого нет и решила обратиться к основательнице, чтобы открыть, так сказать, филиал, - рассказывает девушка.

Нашей собеседнице пришлось убеждать руководителя проекта в том, что готова ко всем трудностям. Но она была уверена, что со всем справится, сможет оказать заболевшим психоэмоциональную поддержку, которая так необходима в этот период.

- Я считаю, что такие встречи, которые мы организовываем в рамках проекта за чашкой чая, а также мастер-классы помогают даже больше таблеток. В лечении рака многое зависит от настроя, - уверена Марина. - К тому же, кто еще может понять больного онкологическим заболеванием, как не человек, который пережил его.

После пяти месяцев упорной борьбы отец Марины скончался. Ему было 73. Его смерть еще больше убедила нашу героиню в необходимости открытия проекта. Вот уже полгода она все свое время посвящает помощи людям и верит, что эти испытания привели ее на истинный путь…

Теперь Марина помогает другим поверить в себя и справиться с болезнью.

Теперь Марина помогает другим поверить в себя и справиться с болезнью.