«Ехали на тележке с ослом, а рядом падали бомбы»: как челябинка вернулась на родину после 26 лет в секторе Газа

Светлана просит не показывать лица, в Палестине остался ее муж.

Фото: Егор ПОБЕРЕЙ. Перейти в Фотобанк КП

«Когда с неба падают бомбы, а тебе негде скрыться, остается только надеяться на Бога»: такими словами Светлана описывает начало войны между Израилем и Палестиной, свидетелем которой стала женщина. Она родилась в Сатке, училась в Перми, где встретила свою любовь и после университета уехала к мужу в сектор Газа. 26 лет она прожила на берегу Средиземного моря, работала и воспитывала троих сыновей. Но мир рухнул 7 октября. О жизни русской женщины в закрытой стеной арабской стране и разрушительной войне, от которой пришлось бежать на родину, Светлана рассказала КП-Челябинск.

Мы встретились со Светланой в холле челябинской гостиницы, где она с двумя сыновьями разместилась как беженка. У нее было две просьбы: не показывать лицо и не называть фамилии. Муж женщины до сих пор находится на территории Газы, где сейчас идет война. Из-за любой лишней информации ему может грозить опасность.

ГОТОВИЛА БОРЩ И СЕЛЕДКУ ПОД ШУБОЙ ИЗ ПАЛЕСТИНСКИХ ПРОДУКТОВ

– Я родилась и выросла в Сатке. Училась в Пермском фармацевтическом университете. Там и встретила своего будущего мужа. Понравились друг другу, расписались. После окончания вуза ему нужно было возвращаться на родину — в сектор Газа. Меня, конечно, все отговаривали, но я собралась и поехала с ним, – рассказывает о переезде Светлана.

Очутившись в 97-м году Газе, Светлана испытала культурный шок: все абсолютно иное, полностью отличное от России. Там действуют другие законы, арабский взгляд на мир не похож на европейский. К тому же палестинцы живут по Корану. Особую роль в этом обществе играет семья, во главе которой обязательно стоит мужчина. Он решает, насколько покрытой будет его супруга, сможет ли она одна ходить по улицам, будет ли работать. Баланс между традициями и либерализмом там определяет также отец. Впрочем, положение женщины в этой системе Светлана оценивает высоко.

– Женщина может учиться, работать. Есть много университетов. Если она захочет, может участвовать в социальной жизни, не хочет – сидит дома и только растит детей, – рассказывает Светлана, – Конечно, законы другие. На улице она должна быть покрыта. Не приветствуется, чтобы по улицам ходила одна, лучше с мамой или сестрой. Хотя, я везде ходила и никаких проблем не было. Там очень много салонов красоты, девушки ухаживают за собой – прически, маникюр. Это, конечно, было до войны все. Как там сейчас, даже не представляю.

Говоря о жизни в другой стране, невозможно обойти гастрономический вопрос. Палестинская кухня – смесь из Ливанской и Сирийской. Арабы любят, чтобы все было острое и с кислинкой. Поэтому особое положение у хозяек занимают перец и лимон. Каждый день они едят фрукты, разные свежие овощи. Обильно поливают все оливковым маслом. К тому же мужчины ждут на столах три разных блюда в день: на завтрак, обед и ужин. К кулинарным особенностям уроженке Южного Урала тоже пришлось привыкать. Но ее муж и трое сыновей часто улыбались от аромата русской еды.

– Я варила борщ, всегда у нас были пельмени, котлеты, голубцы. И винегрет, и селедка под шубой. И знаете, как говорят: «Святая земля и все на ней произрастает». Я без труда покупала там и свеклу, и селедку. Ограничений в ингредиентах для готовки не было, – объясняет Светлана.

Зато ограничения были в бытовых условиях. Сектор Газа находится в коммунальной зависимости от Израиля, который дает палестинской территории воду и электричество. Правда, этих ресурсов не хватает и большому городу, где жили почти 2,5 млн человек, приходилось существовать в режиме постоянной экономии. Без смекалки тут никак. Свет давали на восемь часов, поэтому люди закупались генераторами и ставили (о, прогресс!) солнечные батареи. Копить воду, которая по трубам бежала через день, помогали огромные баки на крышах домов и бочки в квартирах.

«ЖИВЕШЬ ОДНОЙ МИНУТОЙ, ОДНОЙ СЕКУНДОЙ»

А еще там никогда нельзя забыть о войне. Целый день, как суровая угроза, над головами жителей Палестины с шумом летали израильские беспилотники. Людям напоминали, что в любой момент на их головы могут упасть бомбы. Как объясняет Светлана, такого понятия как «мир» в горячей точке нет и вспыхнуть все может в любой момент. Но даже так быть готовым к войне нельзя. Грохот и вой ракет 7 октября ознаменовал для семьи Светланы и миллионов жителей Газы страшную беду.

– У нас с мужем был выходной. Мы только проснулись, занимались своими делами. А тут вой ракеты. Я испугалась, все были в недоумении. Чуть позже в новостях сообщили, что произошло, но было совершенно не ясно, надолго ли эта война, – вспоминает тот день Светлана.

Весь день семья напряженно следила за новостями. Боевые действия были и раньше, всегда было оповещение об эвакуации разных территорий. В этот раз сообщение задерживалось. Ужас нарастал с каждым часом. Вой ракет сменился оглушительным грохотом взрывов. Бомбы падали совсем близко, принося огонь и разрушения.

Среди районов, жителям которых было необходимо эвакуироваться, оказался и квартал Светланы. С семьей она поехала подальше от границы, к родственникам. У них провели всего день, из-за опасности пришлось двигаться дальше. Для гражданских нет никаких бомбоубежищ, спрятаться негде. Где-то после очередного промчавшегося в небе самолета взлетает на воздух чей-то дом. Были ли в нем люди? Дети?

– Когда с неба падают бомбы, а тебе негде скрыться, остается только надеяться на Бога. Живешь одной минутой, одной секундой. Никаких планов на будущее, никаких мыслей. Только страх и ужас. Ложились и не знали, проснемся или нет, – делится страшными откровениями женщина.

С каждым днем город деградировал на глазах. Все больше домов рушились, оставляя горы пыли и уродливые бетонные останки. После каждого удара на улицах появлялись окровавленные люди. Кто-то шел с пустым взглядом, кто-то кричал и искал близких. Некоторые молча ложились и испускали последний вздох, становясь очередным телом на дорогах умирающего города. Бомбы и огонь жертв не выбирают – среди мертвецов были и дети

В первые же дни Светлана обратилась за помощью в российское консульство. Но выехать удалось только спустя 36 дней после начала войны. Ждать решения консульства семье пришлось в лагерях беженцев на территориях школ и больниц. Питались как получится, спали на полу. Наконец, получив сообщение от консульства, Светлана и двое сыновей отправились к КПП «Рафах» на границе с Египтом. Дороги уже были завалены камнями, топлива почти нет, либо оно стоит невероятных денег.

– Как страшно мы выбирались – на тележке с ослом, а рядом падали бомбы и раздавались пулеметные очереди. С неба за всем наблюдали беспилотники, – с пленкой слез на глазах говорит Светлана, – Когда мы пересекли границу, нас встретили наши сотрудники МИДа, МЧС. Как камень с сердца упал, я будто выбралась из ада. Всем им низкий поклон. Благодарность не передать словами.

Вспоминая, как она смогла по-человечески помыться и отдохнуть в Каире, куда ее с сыновьями привезли с границы, Светлана улыбается. Потом на самолете МЧС их привезли в Москву, оттуда уже в Челябинск. Старший сын несколько лет живет в России. У мужа нет гражданства, он остался в Газе и собирает документы, чтобы оформить беженство.

Сейчас Светлана собирает все необходимые справки и документы. Младшему сыну 16 лет, ему нужно идти в школу. У среднего образование учителя физкультуры, но чтобы работать в России необходимо перевести документы. И матери нужно будет искать работу и жилье.

– Мы потеряли все. Жизнь перевернулась с ног на голову. Но слава Богу, что мы живы, – делится Светлана, – Снова уезжать в Палестину я не планирую. Тут моя Родина. Здесь буду строить жизнь заново.

К ЧИТАТЕЛЯМ

Присылайте сообщения в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники.

Viber/WhatsApp: +7-904-934-65-77

Также у нас есть канал на Яндекс.Дзен и Телеграм

Почта: kpchel@phkp.ru