Общество

Горбачев знал о ГКЧП и утвердил его состав?

Южноуральский историк, директор первой копейской школы Анатолий Бароненко стал гостем радио «Комсомольская правда»
Крови не хотели ни солдаты ни мирное население.

Крови не хотели ни солдаты ни мирное население.

Прошло уже более двадцати лет с выступления так называемого ГКЧП, очень скоро исполнится двадцать лет и с момента расстрела здания Верховного Совета РФ в 1993 году. Это были драматические и трагические события в жизни страны. В те годы гость нашего эфира на 95.3 FM Анатолий Сергеевич Бароненко был народным депутатом Российской Федерации, и в 1991-м, и в 1993 году находился в Москве. Мы попросили его рассказать нашим слушателем, как все это было.

— Анатолий Сергеевич, давайте поговорим сначала о событиях 1991 года.

— В конце 80-х — начале 90-х годов страна переживала системный кризис. Это был кризис и экономики, и идеологии, и политики. Противникам социалистического строя удалось привлечь на свою сторону многих из руководящего состава тогдашней номенклатуры. М. Горбачев начал процесс перестройки без всякого обдумывания и научного обоснования. Он, на мой взгляд, не обладал даром предвидения и не мог представить последствий навязанных им решений. Ложным оказался лозунг «Чем больше демократии, тем больше социализма». Мы не были готовы к демократии, потому что длительное время жили в рамках тоталитарного общества. У нас не было необходимого для функционирования политической демократии уровня и общей, и политической культуры. Кроме того, наша страна была многонациональной, а многонациональное государство не может успешно функционировать в условиях политической демократии. Начинаются центробежные процессы, и на первое место выходит сепаратизм.

Горбачев начал процесс перестройки без всякого обдумывания. Страна не была готовы к демократии, потому что длительное время жили в рамках тоталитарного общества.

Горбачев начал процесс перестройки без всякого обдумывания. Страна не была готовы к демократии, потому что длительное время жили в рамках тоталитарного общества.

Когда по радио передали сообщение о том, что в Москве создан Государственный комитет по чрезвычайному положению, я был дома, в Копейске. Сразу же вылетел в Москву. Водитель одной из машин Верховного Совета РФ, встретивший меня в аэропорту, передал мне пакет документов, ознакомившись с которыми, я осознал всю серьезность происходившего. Б. Ельцин категорически выступил против ГКЧП, объявив его контрреволюционным переворотом. Когда мы подъехали к зданию Верховного Совета РФ, я увидел, что все здание опоясано баррикадами из перевернутых троллейбусов, фонарных столбов, мебели и т. п. Помню, что подумал тогда: «Откуда в центре Москвы нашлось столько хлама?». Вокруг здания образовалось «живое кольцо» из числа противников советского режима. Проехав на улицу Горького (ныне Тверская), я увидел танки, БТРы. Спросил у одного из офицеров, какие они получили распоряжения. Тот ответил, что пока им приказали стоять, а что будет дальше — никому не известно. Чуть позже у здания Верховного Совета России появились танки и БТРы под трехцветными флагами — это были военные, перешедшие на сторону Ельцина. Все средства связи в здании Верховного Совета («Белого дома») работали, вода и электроэнергия подавались. Ходили слухи о предстоящем штурме, но никакого штурма не было (позже стало известно, что группа «Альфа» отказалась штурмовать здание). Если бы такой штурм состоялся, было бы слишком много жертв. Однако без них все же не обошлось. Три молодых человека погибли при попытке преградить дорогу движущейся военной технике. Когда по улице Чайковского в направлении проспекта Калинина пошли танки и БТРы, молодежь подумала, что штурм все-таки начался. Один из парней запрыгнул на БТР и с помощью накидки перекрыл водителю видимость. Водитель сделал попытку резким поворотом сбросить юношу с машины, в результате чего тот и вместе с ним еще два молодых человека оказались под колесами. Я хорошо помню похороны ребят, помню шедшего во главе колонны Бориса Ельцина, совсем недавно принесшего лицемерные извинения родителям погибших за то, что он не уберег их детей. Такое не забудешь…

ГКЧП быстро потерпел поражение. Ельцин по этому поводу устроил митинг возле «Белого дома». Я был на этом митинге. Ельцин в сопровождении Хасбулатова вышел торжествующий и объявил, что реакция не прошла.

— А каково ваше личное отношение к ГКЧП?

— Я считаю, что дело ГКЧП было правым, он хотел сохранить Советский Союз в качестве единого государства. Но вместе с тем в отношении Горбачева члены комитета вели себя нерешительно, непоследовательно. Вначале они объявили Горбачева больным и неспособным в силу болезни управлять государством, а затем сами же поехали к нему с повинной.

ЛУКЬЯНОВА ПОСАДИЛИ ВОПРЕКИ ЕГО ОЖИДАНИЯМ

Вице-президент Российской Федерации Руцкой привез Горбачева из Фороса на российском самолете. Горбачев был приглашен на сессию Верховного Совета РФ для объяснений. Я был на этой сессии. Выглядел Горбачев каким-то жалким. Ельцин, склонный, как всем известно, к театральным жестам, в присутствии всех депутатов и журналистов, вопреки просьбам Горбачева, на этой сессии подписал указ о запрещении деятельности КПСС на предприятиях в Российской Федерации. А перед очередной годовщиной Октябрьской революции он издал указ о полном запрещении деятельности коммунистической партии в России.

КПСС была, по сути, тем «обручем», который стягивал национальные республики в единое государство. С падением КПСС Ельцин, Кравчук и Шушкевич легко смогли ликвидировать государство — СССР. Мне вспоминается один очень интересный эпизод. Шла первая после ликвидации ГКЧП сессия Верховного Совета СССР, на которой я присутствовал вместе с некоторыми депутатами России. Председатель Верховного Совета СССР А.И. Лукьянов перед началом сессии сказал журналистам буквально следующее: «Пусть меня расстреляют, но я скажу правду. Горбачев не только знал о ГКЧП, но и персональный его состав был с ним согласован». Тогда я посоветовал Лукьянову обязательно сказать об этом, выступая с трибуны сессии. Однако Лукьянов так ничего об этом и не сказал в процессе своего выступления. Вероятно, он рассчитывал на благосклонность Горбачева, но Горбачев, во-первых, не раз уже предавал своих друзей, а во-вторых, он к этому времени уже не играл большой роли. Реальная власть оказалась в руках Ельцина. Тюрьмы Лукьянов не избежал.

Анатолий Сергеевич Бароненко был народным депутатом Российской Федерации, и в 1991-м, и в 1993 году находился в Москве.

Анатолий Сергеевич Бароненко был народным депутатом Российской Федерации, и в 1991-м, и в 1993 году находился в Москве.

НЕ ВЕРИЛИ, ЧТО ЦЕНЫ ВЫРАСТУТ В СТО РАЗ. А ОНИ ВЫРОСЛИ В ТЫСЯЧУ…

— Анатолий Сергеевич! Можно ли считать, что выступление ГКЧП было причиной развала СССР?

— Нет, это было лишь поводом. Основные деструктивные процессы были заложены принятием I съездом народных депутатов РСФСР Декларации о государственном суверенитете РСФСР. Кстати, я голосовал против основного пункта о приоритете республиканских законов над союзными. Спустя много лет газета «Советская Россия» опубликовала под заголовком «Они сказали «Нет!» развалу Советского Союза» список тех депутатов, которые голосовали против Декларации о государственном суверенитете РСФСР, в котором есть и моя фамилия. Очень жаль, что подавляющее большинство депутатов не смогли предвидеть тех катастрофических последствий, к которым привело принятие этой Декларации.

Конфронтация между руководителями СССР и РСФСР началась сразу же после прихода Ельцина к власти в России. Союзный центр принимал одни решения, российское же руководство через Верховный Совет РСФСР добивалось их отмены на своей территории. После ликвидации Союза уже ничто не мешало Ельцину проводить антинародные реформы. И здесь мы уже переходим в нашем разговоре к новому этапу конфронтации, теперь уже между законодательной и исполнительной ветвями власти Российской Федерации.

— В чем же суть тех разногласий, которые разъединили депутатов, руководство Верховного Совета, с одной стороны, и президента — с другой?

— Разногласия состояли в следующем. Ельцин, еще даже до ликвидации Советского Союза, взял курс на либерализацию цен и шоковую терапию. Помню свое выступление на II съезде народных депутатов РСФСР. Я выступил против либерализации цен, сказав, что никто не знает, как эти цены повысятся. Повышение может быть в сотни раз, жизнь станет невыносимой для населения. После меня выступил один из нижегородских депутатов и обвинил меня в том, что я сгущаю краски, что в сотни раз цены подняться не могут. Как показала жизнь, я действительно ошибся — цены поднялись, но не в сто, а в тысячу раз. Страна вошла в гиперинфляцию. На этом этапе, к сожалению, еще не было больших разногласий между законодательной и исполнительной властями, т. к. депутаты сразу не поверили в возможность гиперинфляции. Против политики Ельцина выступали только коммунисты. Но многие из коммунистов стали быстро переходить в лагерь Ельцина. Настоящее противостояние началось по вопросу приватизации. Депутаты заслушали два доклада — доклад Ельцина и доклад Хасбулатова. Ельцин выступал за полную либерализацию экономической жизни, Хасбулатов же стоял за европейскую модель развития России с активным государственным регулированием экономики в целях создания сильной системы социальной защиты людей и создания социального государства. Доклад Ельцина мне показался очень сумбурным и невразумительным, в отличие от довольно умного доклада Хасбулатова. По вопросу приватизации Верховный Совет принял закон об именных приватизационных счетах. Это бы гарантировало определенный уровень социальной справедливости. Исполнительная же власть, вопреки принятому закону, начала осуществлять приватизацию с помощью безымянных чеков (ваучеров).

ВО ВРЕМЯ ИМПИЧМЕНТА ЕЛЬЦИН ПИЛ

— В 1992 году я был назначен представителем оперативной группы Верховного Совета в Челябинской области, — продолжает Анатолий Бароненко. — Представители Верховного Совета должны были отслеживать соблюдение законов в каждой территории. На федеральном уровне эту работу курировал Шумейко, один из заместителей Хасбулатова. Когда представители Верховного Совета подняли вопрос о том, что приватизация идет воровским путем и что необходимо принять меры к прекращению разворовывания национальной собственности, Шумейко цинично ответил: «Ельцину после ликвидации КПСС нужна опора в лице нового класса собственников, а собственность чистыми руками не создается». Это вызвало возмущение депутатов, и вскоре институт представителей Верховного Совета был под давлением Ельцина ликвидирован. Это была непростительная уступка Хасбулатова Ельцину. Большой ошибкой руководства Верховного Совета было то, что оно не подчинило себе телевидение, тем самым не предотвратив односторонность пропаганды в пользу исполнительных структур.

Чем дальше шло разворовывание собственности с помощью залоговых аукционов и других незаконных схем, тем больше обострялись отношения законодательной и исполнительной властей. Наконец дело дошло до открытой конфронтации. В марте 1993 года на съезде депутатов был поставлен вопрос об импичменте Ельцину. К сожалению, голосов не хватило. Ельцин в процессе обсуждения вопроса «оскорбился» и уехал со съезда. Затем, почувствовав, что дело принимает очень серьезный оборот, он вернулся на съезд. Вид его был ужасным, он был растрепан, его язык заплетался, он беспрестанно пил воду. Невооруженным глазом было видно, что человек нетрезв. Одна женщина-врач из числа депутатов, работавшая в секретариате съезда, выступила с обращением к депутатам. Она сказала: «Уважаемые депутаты-мужчины! Доколе мы будем терпеть этот позор перед камерами иностранных журналистов?». К сожалению, многие рассудили так: «Ну подумаешь — мужик выпил».

Танки въехали в город в ожидании приказа. Какого? Никто пока не знал…

Танки въехали в город в ожидании приказа. Какого? Никто пока не знал…

— Однако Ельцин понял, что депутатский корпус, в том числе и многие из его бывших соратников, не смирятся с разворовыванием России, и он стал готовиться к силовому разрешению конфликта…

— Придворные дивизии (Таманская, Кантемировская, дивизия Внутренних войск имени Дзержинского), в отличие от других воинских частей, бедственного положения не испытывали. Ельцин посещал эти дивизии, деньгами и званиями располагая к себе командование. Пропаганда, особенно телевизионная, поливала потоками грязи депутатский корпус. Простые же люди не понимали, в чем причина разногласий. Наконец 21 сентября 1993 года Ельцин издает Указ № 1400, в соответствии с которым депутатам гарантируются материальные права (одна из форм подкупа депутатов), но их полномочия и деятельность съезда и Верховного Совета прекращаются.

— А как реагировали Конституционный суд и сами депутаты на этот указ президента?

— Конституционный суд во главе с Зорькиным признал этот указ противоречащим Конституции. Верховный Совет принял решение о созыве X съезда народных депутатов РФ. Примерно половина депутатов от Челябинской области подчинились указу Ельцина. Те, кто не подчинился, собрались в кабинете Сумина в здании областного Совета. Мы решали, что делать. Нужно было лететь в Москву, но руководство аэропорта получило распоряжение не предоставлять депутатам билеты. Вначале мы хотели вылететь рейсом из Уфы, на башкирском самолете (республики были тогда в привилегированном положении сравнительно с областями и краями, башкирскому рейсу власть препятствий не чинила), но мы не успели бы доехать на автомобиле к вылету. После длительных переговоров нам все-таки предоставили билеты. Когда мы летели в Москву на маленьком самолете ЯК-40, то думали, что нас сразу же по прибытии в Москву арестуют. Этого не произошло, но вместе с тем машины за депутатами не прислали (гараж Верховного Совета был заблокирован). Наконец подвернулся какой-то маленький микроавтобус, в который набилось множество депутатов из разных областей. Так мы добрались до Москвы и приняли участие в работе X съезда.

— Где проходил съезд?

— Обычно съезды проходили в Большом Кремлевском дворце, но на этот раз Кремль был закрыт, и съезд работал в зале заседаний Верховного Совета в Доме Советов РСФСР (в обиходе его называли «Белый дом»). Система электронного голосования и размеры зала не были приспособлены для работы съезда, поэтому депутаты сидели и на балконах для прессы, и на стульях в проходах.

— Был ли кворум на съезде?

— В начале съезда кворум был. И в то время, когда принималось решение об отрешении Ельцина от должности, и при голосовании по вопросу о наделении полномочиями главы государства вице-президента Руцкого. Причем эти решения были приняты конституционным большинством голосов (двумя третями). «Белый дом» опять окружили баррикады. Каждый день шли митинги. На этот раз и свет, и тепло, и связь были отключены. Здание имело свою небольшую электростанцию, съезд шел в полутьме. Для голосования депутатам были выданы по три карточки (зеленая — «за», «желтая» — воздержался, «красная» — против). Военным министром Верховный Совет назначил бывшего командующего ВДВ генерал-полковника Ачалова, министром безопасности — Баранникова, министром внутренних дел — Дунаева. На одном из заседаний съезда я сказал: «Наш депутатский корпус уходит в историю, и, под занавес работы, я предлагаю решением съезда денонсировать беловежские соглашения как историческую ошибку». Депутаты отнеслись к моему предложению с пониманием, но в тот момент до голосования по нему дело не дошло, так как Ачалов выступил с предупреждением, что, если правительственные войска приблизятся к баррикадам хотя бы на один метр, «мы откроем огонь на поражение».

Потом были столкновения демонстрантов с ОМОНом, восстание москвичей, которое разогнало милицию, взятие мэрии сторонниками Верховного Совета, попытка защитников «Белого дома» получить эфир Центрального телевидения, расстрел большого количества людей перед телецентром, штурм здания Верховного Совета, расстрел многих ни в чем не повинных граждан на стадионе, расположенном рядом со зданием Верховного Совета. Под расстрел попали и многие случайные прохожие.

СКОЛЬКО ПОГИБЛО МИРНЫХ ГРАЖДАН?

— Было официальное сообщение о том, что во время событий сентября-октября 1993 года погибло немногим более ста человек.

— Думаю, погибших было намного больше. На верхних этажах здания, куда отступали защитники Верховного Совета, долго бушевал пожар. Пожарных туда не пускали. В результате сгорел архив Верховного Совета, в котором, наряду с прочими, имелись документы, компрометирующие в финансовом плане членов правительства, а также сгорело множество трупов. А как заметать следы — власти знали.

Народ радовался победе. А она, похоже, оказалась мнимой. Страна погрузилась в хаос…

Народ радовался победе. А она, похоже, оказалась мнимой. Страна погрузилась в хаос…

— Какова была реакция Петра Сумина на эти события?

— Сумин во время работы съезда рвался в Челябинск. Я убеждал его, что сейчас судьба страны решается в Москве, а не в Челябинске. «Вы и другие уедете, и не будет кворума!». Но, тем не менее, Сумин и большинство депутатов уехали. Что касается депутата от Челябинской области А. Починка, то он быстро перешел на сторону Ельцина и стал председателем ликвидационной комиссии Верховного Совета. Он убеждал депутатов выполнить Указ № 1400 и сохранить за собой некоторые привилегии. Многие депутаты пошли на это, для того чтобы остаться в Москве. Я предпочел честно выполнить свой долг и вернуться в Копейск.

И последнее, о чем мне хотелось бы сказать. События сентября-октября 1993 года являлись, по сути, реакционным переворотом, отбросившим нашу страну далеко назад, в число второразрядных стран.

Рекомендуемые