2018-06-13T06:54:11+03:00

Челябинские комсомольцы на острове Свободы: «Мы победим! Они не пройдут! Три пива, плиз...»

На Кубе за советскими строителями социализма следили, как за шпионами
Поделиться:
Комментарии: comments2
Старый музыкант играет музыку Гаваны 50-х... Фото: Алексей СЕРЕБРЯКОВ.Старый музыкант играет музыку Гаваны 50-х... Фото: Алексей СЕРЕБРЯКОВ.
Изменить размер текста:

В 1965 году комсомольский работник из Магнитки Александр Мурашов был направлен работать на Кубу. А работа предстояла очень приятная — отвечать за прием общественных организаций.

Сменить скромный кабинет комсомольского секретаря в дымной Магнитке на золотой пляж Варадеро — это непередаваемое везение. Вперед, на остров Свободы, где живут гордые революционеры во главе с непотоплчемым Фиделем!

Историю поездки нашего земляка за океан мы рассказываем в рамках своей фирменной рубрики «100 лет Комсомолу», в которой вспоминаем нетривиальные истории из жизни комсомольцев.

«ГОВОРИ ПО-АНГЛИЙСКИ»

Изучать испанский язык Александр начал уже в самолете. За 15 часов полета выучил около 300 слов и выражений. В первую очередь, конечно «венсеремос» (мы победим!) и «но пасаран» (они не пройдут!). Скажешь в гаванском баре эти фразы — и ты свой человек! А уж потом что-то бытовое, например:

— Накрыть стол на троих.

Или:

— Три пива!

Оказалось, что каждый второй житель Гаваны сносно говорил на английском. Так что у Мурашова, мог общаться на языке капиталистов, проблем практически не было. Особенно, если примешь порцию рома. Или две.

Герой нашего материала Александр Мурашов (в центре) на Кубе отвечал за прием женских международных делегаций.

Герой нашего материала Александр Мурашов (в центре) на Кубе отвечал за прием женских международных делегаций.

ПОЛЕТ В КАКТУСЫ СО ВТОРОГО ЭТАЖА

Уральцы — народ закаленный, но пить ром с утра и в жару — тут особая привычка требуется. Кубинцы оказались гостеприимным народом и часто приглашали советских людей домой, а там кофе, сигара, крепкий ром. Приходилось Мурашову воспитательную работу среди комсомольцев проводить. В частности, с южноуральской делегацией.

Знакомство с кубинским напитком произошло у наших ребят еще в самолете. И пошло, поехало…

Ударник коммунистического труда из Кизильского района Ильяс упал со второго этажа отеля прямо на кактусы. (Товарищ перепутал выход в зеркальном отеле). Кактусы оказались ядовитыми, так что пришлось оправить его на пять дней в больницу.

Пришлось так же провести тайное партийное собрание и назначить «сухой закон» до конца пребывания на Кубе. А ущерб, нанесенный ударником труда, Мурашов возместил администрации отеля продуктовыми талонами.

— Ну, с кем не бывает! — ответил хозяин отеля, и талоны взял с удовольствием.

Наши комсомольцы на Кубе тоже любили помузицировать, удивляя кубинцев русскими напевами.

Наши комсомольцы на Кубе тоже любили помузицировать, удивляя кубинцев русскими напевами.

ЕСТЬ ТАЛОН - ЕСТЬ ВСЁ!

На Кубе была американская блокада, и продукты выдавались по карточкам. Валюты у советских товарищей было немного, а вот карточек — до отвала! Мурашов носил с собой целые катушки талонов: белые — на молоко и хлеб, желтые — на масло, красные — на мясо и рыбу. Талоны были положены советским товарищам в таком размере, чтобы не чувствовали голода и всегда были сыты.

Во время революции все дорогие автомобили на Кубе были реквизированы в пользу государства. Из них был составлен государственный таксопарк. Мурашову предложили невиданный выбор! Он выбрал таксиста, который ездил на «Кадиллаке».

— Таксист был молодым папашей, — рассказывает Александр, — и нуждался в молоке. Талонами на молоко я с ним и расплачивался.

На талоны можно было организовать себе рыбалку, выпить сок, вино или ром в ресторане «Флоридита». Этот ресторан очень дорогой и сами кубинцы в него не ходили. А знаменит он тем, что сюда заглядывал самый известный рыбак в мире — Эрнест Хэмингуэй. Заходишь и заявляешь:

— Дайкири!

Каково это для комсомольца из Магнитки?

И этому человеку есть что вспомнить... Фото: Алексей СЕРЕБРЯКОВ.

И этому человеку есть что вспомнить... Фото: Алексей СЕРЕБРЯКОВ.

ТРОСНИК РУБИТЬ - ЭТО ВАМ НЕ ШУТОЧКИ

Все молодежные организации, приехавшие в Гавану, проверялись на Кубе на «вшивость». Им предлагали поучаствовать в рубке сахарного тростника. Выдавали военную форму, мачете — романтика!

Получив мачете, уральские комсомольцы стали ими воинственно размахивать, чем перепугали кубинцев: мачете — оружие серьезное, и случайно отрубить им руку, или даже голову, это раз плюнуть.

А вот Фидель запросто мог рубить тросник, а потом управлять государством! Фото: ТАСС.

А вот Фидель запросто мог рубить тросник, а потом управлять государством! Фото: ТАСС.

Запал быстро прошел, когда пришла пора приступать к рубке тростника. Кубинцы тростник рубили яростно, как капиталистов! А для наших дело это оказалось тяжелым и малоприятным. Сто потов сошло, прежде, чем, наконец, прозвучала команда:

— Баста!

Вечером состоялось собрание, на котором челябинцам вручили Красное Знамя. Оказалось, что советская бригада на несколько центнеров опередила добровольцев из других стран. Однако, никто из наших больше на такие соревнования не просился.

ДЕТИ: РОДИНА ИЛИ СМЕРТЬ!

Взрослое население на Кубе держалось свободно, а вот детей начали воспитывать уже в другом духе. Александр вспоминает, как комсомольцы были в доме для сирот.

— Стопки книг на испанском языке, тетради, карандаши, краски, бумага, учебные пособия — это были наши подарки. Они ждали нас, как Дедов Морозов. Нам показали, как живут сироты на Острове свободы.

Интернат большой, учебный корпус, спальные корпуса, мастерская. Своя плантация финиковых пальм, бананов, овощей. Девочки учатся рукоделию, мальчики — столярному делу. На вопросы дети отвечали заученными фразами, что интернат — это дом. Спасибо за все Фиделю!

И сегодня на Кубе есть пионеры. Фото: Алексей СЕРЕБРЯКОВ.

И сегодня на Кубе есть пионеры. Фото: Алексей СЕРЕБРЯКОВ.

Коробки конфет, печенье, сгущенку мы положили на общий стол. Но никто из них без разрешения даже не двинулся в сторону гостинцев. Когда прощались, они махали нам ручонками и кричали:

— Родина или смерть!

«ТЫ КТО?»

Александр был убежденным коммунистом и верил, что все мы интернационалисты. Поэтому был поражен, когда в братской стране обнаружил за собой слежку. Слежка велась ежедневно, и это стало напрягать.

На Кубе с местными девушками можно было только фотографироваться. Никаких шашней!

На Кубе с местными девушками можно было только фотографироваться. Никаких шашней!

Александр читал где-то о том как убедиться в слежке. Надо резко повернуться и пойти навстречу «хвосту». Он должен либо резко закурить, либо начать завязывать шнурки на ботинках. Так и было: «хвост» нервно закурил. А Александр спросил его в грубой форме по-английски:

— Что тебе надо?

Шпион опешил, но потом улыбнулся и сказал:

— Не бойся, я тебя охраняю!

Мелочь, но на молодого коммуниста это подействовало удручающе: не доверяют... Не доверяли, впрочем, и свои — прилетев домой, в Советский Союз, Александр Мурашов обнаружил, что его альбом с кубинскими фотографиями изъяли, а у чемодана вскрыта подкладка — искали второе дно. Осталась только одна фотография, которую Мурашов вложил в книжку на испанском языке. Ее не заметили.

И все же… хотя на Кубе царила по нынешним меркам нищета, наши обратили внимание, что сами жили в СССР не намного лучше. А если учесть океан, природу и постоянное лето, то эта командировка для наших была и осталась настощим путешествием в сказку.

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также