Дом, семья, путь: лингвисты из Челябинска исследовали метафоры в декларациях стран БРИКС
Ольга Солопова, Наталья Кошкарова и Анна Таскаева
Фото: Архив КП.
Страны БРИКС — это разбросанные по всему миру жемчужины и, только нанизанные вместе, они образуют ослепительное ожерелье. Так говорят в Китае. Какие ещё метафоры используют официальные лица и СМИ, и всегда ли это делается намеренно? Лингвисты из Челябинска провели скрупулёзное исследование, проанализировав декларации стран БРИКС. Напомним, туда входят Россия, Бразилия, Индия, Индонезия, КНР, ЮАР, ОАЭ, Иран, Египет, Эфиопия и Саудовская Аравия. Как у таких разных государств рождается общее видение будущего и каким образом язык становится инструментом его формирования, — в программе «Такая наука» на радио «Комсомольская правда-Челябинск» (95,3 FM) рассказали профессор кафедры лингвистики и перевода ЮУрГУ Ольга Солопова и профессор кафедры международных отношений, политологии и регионоведения ЮУрГУ Наталья Кошкарова.
Программа «Такая наука» посвящена научным достижениям южноуральских учёных. Ведущая — доктор филологических наук, доцент Анна Таскаева.
— Ваше исследование лежит на стыке лингвистики и политологии. Что же такое политический дискурс, если его описать простыми словами? И что такое бриксология?
Н. К.: Политическая лингвистика как дисциплина возникла на пересечении двух магистральных направлений — лингвистики и политологии и занимается изучением политической коммуникации, рассмотрением способов и средств борьбы за власть в процессе коммуникативного воздействия на политическое сознание общества. Говоря простыми словами, это наука о политике, но не только для тех, кто изучает политические события с профессиональной точки зрения, но и для всех, кто интересуется тем, что происходит в мире и стране, а также для тех, кто пытается абстрагироваться от обсуждения политических вопросов. Одним из таких вопросов на политической повестке дня является деятельность БРИКС. Наука, изучающая деятельность БРИКС, — бриксология — сравнительно молодая дисциплина. Она описывает деятельность этого объединения с разных точек зрения, изучает экономические вопросы, вопросы технологического и культурного взаимодействия и, конечно же, обращает внимание на то, как это описывается средствами языка.
— Вы исследуете метафорические образы в политическом дискурсе стран БРИКС. Что это такое и почему вы выбрали именно метафоры? Что они могут рассказать такого особенного, чего не скажут, например, политические отчёты?
О. С.: Метафоры являются базовыми механизмами формирования любых образов. Они переносят логику и структуру простых, известных каждому человеку понятий (таких как семья, дом и другие) на сложные политические реалии. Они представляют сложные многослойные идеи в доступной и простой форме, задают положительный или отрицательный вектор восприятия, создают яркие эмоциональные устойчивые образы.
Позволю себе некоторую метафоричность в ответе на ваш вопрос: если отчёты — это рентгеновский снимок, который показывает структуру явления, сухие факты, его скелет, то метафоры — это скорее психологический портрет. Они раскрывают ценности, скрытые смыслы, мотивы и амбиции, которые часто определяют как реальные решения, так и привлекательность БРИКС для других стран.
Например, метафоры семьи переводят отношения из плоскости взаимовыгодного экономического и политического сотрудничества в плоскость общих ценностей и взаимопомощи. Образы строительства позиционируют БРИКС не как бунтаря и разрушителя однополярной системы, а как создателя, который предлагает миру новый альтернативный справедливый проект будущего.
Метафоры нам рассказывают не столько о том, что делает БРИКС, сколько о том, кем это объединение себя видит. Это идеология, упакованная в яркие и понятные образы, от которых зависит привлекательность БРИКС для других стран. Это, если позволите, бренд объединения.
— Получается, что в ходе исследования вы выявили метафоры семьи и строительства. А что ещё?
О. С.: Метафоры дома, механизма, драйвера, локомотива, магнита…
— В чем актуальность исследования этих метафор, метафорических образов именно в политическом дискурсе? Почему вы выбрали именно БРИКС?
О. С.: Раньше мы работали с зарубежными дискурсами западных держав, таких как США, Великобритания, Франция, Испания, Италия и других. Однако вместе со страной мы повернулись на Восток и на Юг, нам предоставили уникальный шанс опробовать наши многочисленные авторские методики на материале новых языков, новых лингвокультур.
— Как именно происходит поиск метафор в политических текстах?
Н. К.: Например, мы исследовали метафоры пути на материале 16 деклараций стран БРИКС. На самом деле это небольшое количество текстов, но для того чтобы выявить в них метафоры, необходима ручная обработка, которая занимает достаточно много времени. Поэтому вначале мы обратились к инструментам корпусной лингвистики и автоматизированной обработки материалов. Почему мы обратились именно к жанру деклараций? Именно в этих документах страны БРИКС подводят итоги своей деятельности и намечают свои планы на будущее. С лингвистической точки зрения декларации представляют собой уникальный объект для анализа, потому что именно в них можно выявить образные средства, то есть метафоры. В текстах деклараций саммитов БРИКС нам удалось выявить и подробно описать метафору пути, которая символизирует деятельность БРИКС как совместное движение на пути к построению многополярного мира, где каждая страна работает на благо общей цели, защищая при этом собственные национальные интересы. Безусловно на этом пути страны сталкиваются с препятствиями различного рода, а конечный результат зависит не только от усилий одной страны, но и тех попутчиков, с которыми то или иное государство отправилось в путешествие по сложному, тернистому, извилистому, но интересному пути строительства новой системы управления.
— Один из главных выводов вашего исследования — метафора пути в БРИКС носит исключительно позитивный и конструктивный характер. Она подчёркивает прогресс, сотрудничество и общие цели. Способствует ли использование этой метафоры преодолению всевозможных барьеров между участниками объединения?
Н. К.: Да, безусловно. Начнём с того, что путь и дорога являются теми архетипическими образами, которые заложены в культурной традиции многих народов. В целом же метафора пути связана с концептом «путешествие», который соединяет в себе прошлое, настоящее и будущее, а в политике путь — это инструмент создания чувства солидарности, а иногда и манипулирования общественным мнением.
— В вашем исследовании есть полиязычный словарь «БРИКС: дискурсивные метафоры», который охватывает пять языков (русский, португальский, хинди, китайский, английский). Я таких полиязычных словарей встречала очень мало.
О. С.: Этот словарь является одним из прикладных продуктов нашего проекта РНФ («Исследование выполнено за счёт гранта Российского научного фонда, проект № 24-18-00049»), который мы реализуем достаточно большой командой. Будем говорить метафорами: наша команда — это тоже своеобразное объединение, подобно БРИКС. В проекте работают учёные из четырёх крупных вузов Челябинска, Екатеринбурга и Москвы. В него, помимо специалистов, которые владеют пятью языками, входят также историки и политологи, поскольку образ БРИКС — это сложный объект, который требует междисциплинарного внимания.
Наш словарь действительно уникален. Во-первых, большинство существующих словарей метафор посвящены языку поэзии (например, образам в произведениях У. Шекспира или А. Блока). Во-вторых, как вы верно отметили, он полиязычный. И для нас — лингвистов — это очень интересно, поскольку мы работаем с языками различного происхождения, различного строя и разнотипной письменностью: кириллицей, латиницей, иероглификой, деванагари (если говорить о языке хинди).
В основу составления словника, то есть перечня метафор, которые включены в словарь, положены три принципа. Первый — тематический: мы собираем метафоры только о БРИКС. Второй — частотный: это самые распространённые образы. И третий — хронологический: за весь период существования объединения с 2006 года.
Каждая словарная статья в словаре — это подробный рассказ о метафоре. Вначале мы приводим эту единицу на каждом из наших национальных языков. Далее мы показываем общие для пяти языков значения, которые закреплены за этой единицей. Например, в случае метафоры пути — это передвижение, путешествие, направление движения. Затем рассказываем нашему читателю о её происхождении, даём этимологическую справку, показываем, как единица появилась в языке. После этого объясняем, что данный образ значит в этой культуре или почему он значим именно для этой лингвокультуры. Например, для русской культуры это образ странника, для индийской — путь к достижению мокши, то есть духовному освобождению. Далее приводим примеры из речей политиков или текстов СМИ на каждом языке с этой единицей, а затем указываем дискурсивные смыслы этой метафоры. Причём, не её значения, а те смыслы, которые она передаёт в дискурсе, в текстах. В случае метафоры пути, например, это идея прогресса или общего движения.
Наш словарь включает две части: первая — это универсальные метафоры, которые типичны для всех пяти языков, а вторая — это уникальные метафоры, которые специфичны только для некоторых дискурсов. На наш взгляд, это ключ к пониманию того, как БРИКС себя видит, и как блок представляет своё будущее.
— А что касается уникальных метафор, можете привести какой-нибудь пример?
О. С.: У меня есть две любимые уникальные метафоры из китайского дискурса. Например, страны БРИКС уподоблены жемчужинам, разбросанным по всему миру, и, только нанизанные вместе, они образуют ослепительное ожерелье. Или: БРИКС — это корабль, который разрезая волны, смело движется вперёд, несмотря на шторм и ветер.
— А в других линкокультурах таких жемчужин нет?
О. С.: Таких жемчужин нет, только в Китае.
— Кому адресован этот словарь? Как он может помочь политологам, журналистам и переводчикам?
Н. К.: Прежде всего, мы адресуем наш словарь русскоязычной аудитории. Это специалисты по политической лингвистике, это журналисты, политологи, переводчики в языковых парах «русский — португальский», «русский — хинди», «русский — китайский», «русский — английский». Словарь отражает реальное функционирование языка. Очень важно, что мы фиксируем употребление языка, которое характерно для того или иного национального и лингвокультурного сообщества в данный момент времени. Словарь может стать отличным подспорьем, потому что от корректной передачи образов, которые используют наши политические деятели, зависит успех межкультурной коммуникации. Мы надеемся, что в скором времени представим этот продукт широкой аудитории.
— А осознанно ли лидеры и дипломаты используют эти метафоры или это какой-то естественный процесс, который происходит сам по себе?
О. С.: На самом деле, и то, и другое. Это сочетание естественных особенностей мышления и осознанной стратегии спичрайтеров и политиков. С одной стороны, учёными давно доказано, что наше мышление метафорично по своей сути. Мы постоянно и неосознанно используем хорошо известные образы для того, чтобы осмыслить что-то новое или что-то сложное, например, международную политику. При этом многие метафоры, особенно языковые, в процессе нашего мышления теряют образность. Мы уже не ощущаем их как метафоры, мы привыкаем к ним. Кроме того, следует учитывать и специфику конкретного языка. Например, наши предыдущие исследования доказывают, что метафоричность китайского политического дискурса значительно выше, чем русского и англоязычного. Во многом это обусловлено иероглифической письменностью, в которой изначально содержаться образы. Даже название объединения БРИКС по-китайски дословно переводится на русский как «страны золотого кирпича». Это уже метафора, которая с самого начала задаёт образ прочного, ценного и перспективного объединения. В отличие от стёртых, авторские метафоры — это почти всегда результат осознанного выбора журналистов и спичрайтеров.
— Почему бриксология и взгляд именно российских учёных так важны для осмысления современного миропорядка?
О. С: Мы живём в эпоху становления многополярного мира и являемся не только частью этого мира, но его создателями, архитекторами и творцами, в частности, как граждане одной из стран БРИКС. Взгляд России на международные процессы был и всегда останется стратегически важным, поэтому и позиция нас, российских учёных, имеет особое значение для понимания происходящих в мире изменений.
Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда и Челябинской области № 25-28-20202.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Стали свидетелем интересного события или происшествия? Сообщите об этом нашим журналистам: +7-904-934-65-77 (Telegram) или kpchel@phkp.ru.
Подпишитесь на нас: ВКонтакте, Одноклассники, Telegram, Дзен.
При использовании материалов издания ссылка на «КП-Челябинск» обязательна.