
Завершившаяся 81 год назад победой советского народа Великая Отечественная война преобразила Челябинск. За четыре военных года население города выросло более чем вдвое — с неполных 300 до 600 с лишним тысяч человек. Причиной тому была массовая эвакуация в первый год войны предприятий самых различных отраслей с запада и центра страны — от гигантов машиностроения до парфюмерных и фармацевтических фабрик. А также строительство новых огромных заводов — например, ЧМК и ЧТПЗ. В войну город превратился в настоящую столицу советской промышленности, где работали пять отраслевых наркоматов (министерств, по-современному) и союзный промбанк, и даже получил в этом статусе новое неформальное имя — Танкоград.
Война определила положение Челябинска в экономике страны на десятилетия вперед, сохраняется оно и до сих пор. Но каким были возвращение города к мирной жизни сразу после капитуляции Третьего Рейха, переход от всеобщего напряжения сил и средств к мирному созидательному труду? Об этом — наш материал к 81-й годовщине Великой Победы по мотивам нашего юбилейного цикла «Будни Танкограда».
С первых чисел мая, после того, как был взят Берлин, весь Челябинск жил приближением долгожданного момента окончания долгой тяжелой войны. Город заблаговременно украсили флагами и портретами вождей, привели в порядок улицы, сады и скверы и даже оформили электрическую иллюминацию на некоторых зданиях.
С полудня 8 мая город замер у радиорепродукторов, на улицах собирались толпы людей, ожидавших сводки Совинформбюро, а в ночь на 9 мая никто не спал. В 4:15 утра по Челябинску было передано сообщение о безоговорочной капитуляции Германии – молнией оно облетело жителей, с рассветом люди вышли на улицы. Хотя 9 мая тут же было объявлено нерабочим днем, многие рабочие и служащие все равно отправились в цеха и конторы – разделить радость праздника в коллективах.

Таких многолюдных торжеств, как 9 мая 1945 года, Челябинск не видел никогда. На праздничные демонстрации, которые начались еще до полудня, вышли 250 тысяч горожан, две трети жителей. В два часа дня колонны демонстрантов — курсанты военных училищ, школьники, рабочие заводов, строители, служащие — собрались на улице Спартака (ныне — проспект Ленина) и двинулись на площадь Революции, где стояла главная трибуна. Главная городская газета — «Челябинский рабочий» — писала об этом так:
«…Первое мирное утро после четырех лет беспрерывных, не прекращающихся ни на один день кровопролитных сражений с врагом, покушавшимся на нашу жизнь и свободу, на честь и независимость, на труд и счастье советского народа, на светлое будущее наших детей. Брезжил весенний рассвет. Но город уже не спал. Ликующая, бурная радость бушевала на его улицах, одевшихся в торжественно-праздничные лозунги, транспаранты, панно, флаги. Многотысячные толпы трудящихся заполнили тротуары, скверы, площади… Люди смеялись, радовались, обнимали друг друга, и у всех на устах и на сердце — одно слово: "Победа!"» (корр. В. Сержантов).

Над городом летали самолеты, которые сбрасывали листовки с сообщениями о Победе. Праздничный митинг продлился три с половиной часа и транслировался по радио. А после народные гуляния продлились до позднего вечера. В 23 часа в Челябинске впервые прогремел салют из сотен разноцветных осветительных ракет.
Несмотря на данные в День Победы с трибун на площади Революции пламенные обещания «работать еще лучше, чем работали во время войны», в рабочей среде были и другие настроения, которые хранят архивные документы.
«Когда будет демобилизована Красная Армия? Будут ли судить вернувшихся из Германии военнопленных? Будем ли воевать с Японией? А платить союзникам долги? Когда мы снова перейдем на 8-часовой рабочий день? Будут ли в 1945 году предоставлены трудящимся отпуска? Долго ли будет существовать карточная система? Возможно ли увеличение норм отпуска хлеба и продуктов питания, а также и промтоваров?» — эти и другие вопросы задавали рабочие и колхозники партийным руководителям и агитаторам в те майские дни.

Эвакуированных в первые годы войны беспокоил вопрос возвращения — перемещенные на Урал потребовали возвращения домой, особенно те, кто приехал из крупных городов: Ленинграда, Харькова, Сталинграда. Доходило и до коллективных писем Сталину, падала трудовая дисциплина, вплоть до забастовок, которые еще в военном Танкограде жестоко карались.
«В последние дни некоторые рабочие-ленинградцы работают еле-еле, стали не выполнять нормы», — докладывали информаторы в партком ЧКЗ.
Причины недовольства эвакуированных можно понять: в городе, население которого за пару лет выросло в два раза, всю войну почти не строили капитального жилья — и это на фоне острого жилищного кризиса предвоенных лет. Крупные заводы строили бараки, землянки, казармы и прочие «облегченные постройки» без центрального отопления, канализации и водопровода. Людям приходилось жить на чердаках, в подвалах, в коридорах, складах, гаражах, а то и прямо на рабочих местах, и даже в палатках. По официальным оценкам, на человека приходилось по 2-3 квадрата, а то и менее.

В первые послевоенные годы с жильем в Челябинске стало ощутимо легче: предприятия начали активно строить рабочие поселки с капитальными кирпичными и блочными домами. В городе их до сих сохранилось немало: в первую очередь «Киргородок», он же поселок Кировского завода, квартал Трубопрокатчиков, поселок Энергетиков и КПЗиС в Ленинском районе, знаменитый «Немецкий квартал» на ЧМЗ, ставший частью большого Соцгорода. На ЧГРЭС проблему расширения жилья, ввиду нехватки территории, решили иначе – двухэтажные дома и общежития надстроили до трех этажей. Надо отметить, что рабочей силой на этих стройках часто были военнопленные, трудармейцы, заключенные и другой «спецконтингент».
Однако посемейное заселение квартир все еще оставалось исключением, большинство квартир были коммунальными, а оставшиеся с военных лет и даже со времен первых пятилеток барачные городки в Челябинске массово дожили до 1960-х — эпохи «хрущевок».
Словно отменяя тяготы военного времени, в Челябинске пышным цветом расцвел «сталинский ампир» — роскошный парадный стиль, обильно сдобренный «архитектурными излишествами». Он затронул и рабочие городки, и ансамбль центра города: тогда были построены похожие на античные храмы кинотеатры ХХХ-летия ВЛКСМ на улице Цвиллинга и «Родина» на улице Кирова, в новом стиле перестроили возведенный еще в 1930-е гг. киноклуб (ныне — театр) ЧТЗ и завершенный, но не открытый перед самой войной театр оперы и балета.
После войны, как после зимы, проводилось благоустройство. Ушли в прошлое повсеместные огороды — один из таких был разбит даже на площади Революции. Брусчатку (а то и просто грязь) на дорогах сменял асфальт. Открывались новые парки — например, разбитый в 1945 году «Зальцмановский сад» на ЧТЗ (ныне — парк имени Терешковой). Развивался общественный транспорт: в 1948 году был пущен трамвай от центра города до ЧМЗ.

Первые послевоенные годы Челябинска остаются довольно малоизученным периодом истории, но, вместе с тем, важнейшим — ведь именно тогда оформился нынешний облик центра города. И надо помнить, что за парадными фасадами неоклассических зданий была жизнь: тяжелая, наполненная непростыми, порой спорными событиями, и потому — особенно интересными для историка и горожанина.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Стали свидетелем интересного события или происшествия? Сообщите об этом нашим журналистам: +7-951-803-09-94 (MAX) или kpchel@phkp.ru.
Подпишитесь на нас: MAX, ВКонтакте, Одноклассники, Дзен.
При использовании материалов издания ссылка на «КП-Челябинск» обязательна.