«Лучше умереть стоя, чем жить на коленях»

«Лучше умереть стоя, чем жить на коленях»

Уже вторую неделю идет расследование смерти заключенных в копейской колонии № 1. Прокуратура пока отказывается рапортовать о ходе следствия и предварительных результатах экспертизы даже столичным общественникам. Но ГУФСИН (Главное управление Федеральной службы исполнения наказаний) дало комиссии разрешение на экскурсию за решеткой. Здесь общественники осмотрели камеры, пообщались с заключенными и попытались воспроизвести события того дня.

Как зеки пронесли лезвия и супинаторы?

Копейская колония не была конечным пунктом назначения четырех бунтарей. Зеков тормознули здесь на несколько дней, чтобы потом распределить в одну из тюрем Челябинской области.

- Вечером их не стали тщательно обыскивать, - говорит первый заместитель начальника ГУФСИН по Челябинской области Олег КАНАШОВ. - Было уже поздно, поэтому им дали еды, и те легли спать после дороги. А на следующее утро конвоир вызвал заключенных на полный обыск.

Здесь и началась заварушка. По заведенному порядку зеки вышли в коридор и встали лицом к стенке. Вдруг самый младший, Сергей Поляев, выхватил лезвие, полоснул себя по горлу и закричал: «Бей их!» По зоновским законам такой отчаянный жест и кровь означают команду к бунту.

- Как рассказали нам другие заключенные, пронести лезвие под языком проще простого, - говорит председатель Общественной палаты региона Вячеслав СКВОРЦОВ. - Металлические пластины они спрятали в ботинки. К мятежу четверка готовилась всю ночь: в камере мы нашли кирпич, о который затачивали супинатор. Все стены исчерканы свежими надписями с воинственными лозунгами: «Лучше умереть стоя, чем жить на коленях», «Смерть ментам, жизнь ворам».

Что сделали врачи?

Сразу после заварушки в камеру к побитым заключенным направили фельдшера. Осмотр показал, что ни у одного из бунтарей смертельных ран нет. Правда, у Поляева саднил порез на шее, но уговорить его наложить швы было практически невозможно. Тогда с дипломатической миссией направили медработника - людей в белых халатах уголовники уважают. Врачу он разрешил зашить рану.

От обеда, так же, как и от завтрака, мятежники отказались. Только прихватили с собой компот. Хотя им не угодила «неправильная» посуда - требовали новые, а не пользованные чашки. Ближе к пяти вечера надсмотрщики заметили, что один из подопечных бледнеет и теряет сознание. На этот раз фельдшер взялся реанимировать зека, но около 17 часов он умер. Его друзья с теми же симптомами скончались примерно через час, один в карете «Скорой помощи», двое - в больнице.

Кому нужен бунт?

Старый приятель Поляева рассказал общественникам, что Сергей был боксером. А спортсмены на зоне - самые гордые. Даже привычная процедура, когда вновь прибывших уголовников конвоиры просят сесть на корточки (чтобы не смог резко встать), вызывала возмущение Поляева. Эта поза показалась ему унизительной, и он отказался подчиняться. Еще по дороге в Копейск в поезде со своими земляками Поляев собирал коалицию. Чтобы сохранить честь и достоинство, было решено держаться всегда вместе. Во время этапа задиристые ребята пообщались с «большими» людьми из мира криминала, которые настроили их на мятеж.

Правда, по мнению Олега Канашова, зоновские авторитеты не воспринимали зеленых пацанов всерьез. И когда давали установку на бунт, то, по сути, использовали их как пушечное мясо. На зоновском сленге это называется «торпеда». Они вряд ли могли надеяться на удачный исход.

А В ЭТО ВРЕМЯ

В колонии №8 четверо зэков пытались вскрыть вены

Вчера утром в челябинской колонии №8 четверо заключенных попытались покончить с собой. Как рассказали «КП» - Челябинск» в пресс-службе ГУФСИНа, перед суицидом они вызвали в колонию своих родителей, на их глазах достали из бритвенных станков лезвия и попытались вскрыть себе вены. Раны оказались не серьезными, молодых людей перебинтовали и отправили в штрафной изолятор. Известно, что трое из четверых «самоубийц» сидели за кражи и грабежи, один за изнасилование.

Сотрудники ГУФСИНа отмечают, что это акция связана с событиями в Копейской колонии и направлена на привлечение внимания к исправительной системе.