Интересное1 апреля 2009 2:00

Имя этому не ошибка

Полный текст обращения профессиональных историков к южноуральским читателям

Книги следует читать либо для пользы, либо для удовольствия. Писать же — для того, чтобы дать людям возможность получить либо первое, либо второе. В орбиту нашего сегодняшнего обзора попали книги, которые должны донести до читателя, прежде всего, информацию, обогатить его память, помочь сформировать общий взгляд на историю родного края. Предназначение этих книг очевидно — принести в первую очередь пользу, а если получится — удовольствие (такое тоже бывает, нам известны примеры, когда люди взахлеб читали челябинские энциклопедии, страница за страницей, «потому что интересно»). Но объединяет их не только весьма похвальная целевая установка, но и то, что авторы, взяв на себя труд по написанию этих книг, допустили такое количество ошибок, что заставили усомниться в том, а нужно ли было выпускать эти книги. От ошибок не застрахован никто: как говорится, «не ошибается тот, кто ничего не делает». Но ошибка ошибке рознь. Если автор подстраивает под себя исторический материал, «играет в фактики», приписывает тем или иным исследователям то, чего они не писали, на двух соседних, а то и на одной странице об одном и том же помещает взаимоисключающие утверждения, путается в датах, названиях, широко использует ничем не аргументированные им же придуманные термины, то имя этому не ошибка, имя этому — дилетантизм.

Такие книги могут иметь какие угодно грифы, чьи угодно благословения и предисловия, они могут иметь приличный тираж и мелованную бумагу, но по содержанию это заурядная халтура! Это должны знать читатели, это должны знать и авторы, которые в погоне за рублем или своей долей славы создали столь сомнительные тексты.

Итак, на страницах этого сайта мы открываем работу «Круглого стола рассерженных читателей». Познакомьтесь с материалами, размещенными ниже, и если не удовольствие, то пользу от этого получите несомненно.

Православные храмы Челябинской области

История и архитектура

ООО «Авто Граф»

Челябинск, 2008

Книга издана тиражом 1500 экземпляров. Толстая, нарядная, с красивыми иллюстрациями… Пиарить книгу начали еще до выхода из типографии. На канале «Восточный экспресс» В. Д. Оленьков довольно долго рассуждал о том, какое это чудесное, эксклюзивное, научное, нужное, не имеющее аналогов, первое в истории и т. п. издание. После такого интервью захотелось прямо бегом побежать в магазин. И вот книга перед нами. Но первый восторг сменился быстрым разочарованием: количество возможных ляпов и ошибок превысило все допустимые пределы. Обмениваемся мнениями со знакомыми, считаем, что надо указать авторам на ошибки, но… Возникает уже не первый раз в последнее время знакомая тема: «Как можно? Предисловие написано митрополитом, книга издана церковью, какое вы имеете право?». Мы с большим уважением относимся к митрополиту Иову, понимаем всю его загруженность прямыми обязанностями, а потому далеки от того, чтобы перекладывать на него вину тех, кто сделал эту недоброкачественную работу и кому владыка поверил. К тому же книга не затрагивает канонических вопросов или вопросов организации церковной жизни, она посвящена истории, а история как наука имеет свою методологию, свой понятийный аппарат, свою этику, а поэтому, мы, как профессиональные историки, имеем право судить об этой книге по меркам предъявляемым к историческим изданиям.

Первое, на что обращаешь внимание сразу — книга не имеет официально указанных авторов, или авторов-составителей, в выходных данных скромно прописаны лишь научный редактор (В. Д. Оленьков) и редакторы (А. Лобашев, О. Новгородцева). Только из списка обладателей авторских прав можно понять, что тексты в книге принадлежат перу А. Лобашева и В. Оленькова, причем В. Д. Оленькову принадлежат архитектурные описания, а весь остальной текст, очевидно, А. Лобашева (на что конкретно распространяются его авторские права в копирайте почему-то не оговорено). Все остальные фамилии, указанные в списке редакционного совета или редакционной коллегии, прямого отношения к процессу подготовки текста книги не имеют. Только два материала подписаны:

а) Обращение митрополита Челябинского и Златоустовского Иова (с. 5).

б) Статья (близкая к газетной заметке) «Православная архитектура Южного Урала», подписанная профессором ЮУрГу В. Д. Оленьковым (с. 9—10).

А кто же автор остального текста?

В «Слове к читателям» (тоже неподписанном), сообщается, что авторами книги «с полным правом можно назвать архитекторов, строителей, прихожан, священнослужителей, благотворителей, краеведов Южного Урала» (с. 8). Народная, так сказать, книга. Надо полагать, этим редакторы хотели сказать, что за ошибки и неточности, допущенные ими, должен отвечать весь народ.

Трудно уловим принцип подбора и расположения материала. Если основываться на заголовке, то речь должна идти о православных храмах на территории современной Челябинской области. Обо всех существовавших, о ныне существующих или о выбранных по каким-то критериям? Тайна сия велика есть. В «Слове к читателям» общие фразы. Если судить по содержанию, то далеко не все существовавшие православные храмы описаны (хотя бы в кратком формате). Более того, в «Слове к читателям» декларируется, что «в этой книге читатели познакомятся не только с образцами православной архитектуры, но и историей храмов Южного Урала». Простите, но территориально Южный Урал и Челябинская область не являются синонимическими понятиями. Во всяком случае, Южный Урал более широкое понятие, нежели Челябинская область. Так о таких же храмах пойдет речь? Непонятно.

Удивляет само расположение материала. Если в основу положен хронологический принцип, то тогда почему после Челябинска и Троицка идет Пласт, а не Златоуст? Если территориально, то тоже непонятно, откуда такие скачки: Челябинск-Троицк-Пласт-Златоуст, или Сатка-Чебаркуль-Аша. А соединение в одной главе храмов Миасса и Кусы вообще вызывает недоумение. Искать конкретный материал при такой архитектонике книги крайне неудобно.

В выходных данных указано, что «документы и старые фото — из архивов и личных собраний». Позволительно задать вопрос: из каких именно архивов и чьих личных собраний? Где при необходимости можно уточнить те или иные сведения? Почему-то списки храмов, вынесенные на шмуцтитулы, часто не коррелируются с содержанием соответствующих глав (на шмуцтитулы вынесено меньше наименований храмов, чем упоминается в главе и наоборот). Вызывает недоумение и последняя глава «…И воздвигаются новые храмы». Неужели информацию о вновь построенных храмах нельзя было поместить в соответствующих главах? Тем более, что она там и так присутствует. Еще большее недоумение вызывает тот факт, что в книге ни слова не сказано о самой Челябинской и Златоустовской епархии. В книге о православных храмах Челябинской области она была бы более чем уместна.

При первом прочтении книги складывается ощущение, что ее текст был написан людьми, которые понятия не имеют о литературе по поднимаемой ими теме. Но ведь есть двухтомный труд Н. М. Чернавского «Оренбургская епархия в прошлом ее и настоящем», изданный на рубеже XIX—XX веков и содержащий списки церквей за разные годы, информацию о том, в каком населенном пункте и когда какая церковь построена (это, как минимум, Челябинский, Троицкий и Верхнеуральский уезды). Был И. Е. Златоверховников, написавший очерк об Уфимской епархии (1899) с информацией о храмах Златоустовского уезда. Были книги и публикации современных исследователей о храмах Челябинска, Златоуста, Троицка. Предшественники не названы ни списком, ни в обзоре. Проблема состоит и в том, что создателям книги эти труды известны: то там, то тут возникают сюжеты, навеянные ими. По всей видимости, анонимным авторам кажется, что это не воровство, а какая-то очень скромная форма заимствования, простительная, учитывая благородные цели издания.

Перейдем к конкретике. Самая главное: книга не имеет ссылок на источники. Указывая на фактические ошибки в тексте книги «Православные храмы Челябинской области. История и архитектура», в тех случаях, когда вопрос не относится к широко известным, мы будем давать сноску на источник нашей информации, то есть будем показывать, на чем мы основываемся. Ввиду обилия ошибок в книге мы не станем давать развернутый их анализ, который мог бы превысить по объему оригинал. Ограничимся разбором текста по Челябинску и укажем наиболее вопиющие ошибки по некоторым церквам области. Не будучи архитекторами, мы не намерены касаться архитектурных описаний, кроме тех случаев, когда ошибки носят вопиющий характер и заметны даже неспециалистуИтак, начнем с начала. Открывая книгу, видим на правом форзаце, вверху, первый «перл» — приведен рисунок покойного Ю. П. Данилова (кстати, его авторство нигде в книге не указано!), изображающий церковь в честь Покрова Пресвятой Богородицы» (т. н. Перцевскую) с надпечаткой: «г. Челябинск. Одигитриевский женский монастырь», — никакого отношения к монастырю не имевшую.

«Храмы Челябинска» (с. 13—45). На с. 12 приведен выдернутый из какого-то издания план Челябинска с нанесенными на нем церквами, но выдернутый настолько неудачно, что оказалась отрезанной правая часть карты с церковью во имя Свт. Николая Чудотворца на ближнем хуторе женского монастыря, которая, однако, присутствует в списке под № 16. К слову сказать, никаких сведений об этой церкви авторы не нашли, и на с. 24, посвященной этому храму, присутствует лишь его изображение с дореволюционной открытки. А храм был освящен в 1862 году.

«Первые челябинские церкви» (с. 14—15). На с. 15, в крайней правой колонке текста, идет небольшое пояснение с экскурсом в историю, где сказано, что «возникновение первого поселения (русского) на месте Челябинска относится к 1658 г. под названием Александровская слобода у подножия Семеновской горки». Легкая путаница, связанная с полным незнанием материала: в справочнике «Список населенных мест Оренбургской губернии» говорится о том, что Челябинск основан в 1658 г., а в книгах М. Ф. Старикова написано об основанной в 1696—1700 гг. Александровской слободе, которая в 1736 г. была обнесена стеной и названа Челябинской крепостью. Согласитесь, что это немного разные вещи и смешивать все в кучу не вполне корректно, особенно если учесть, что ни в одной, ни в другой книге, убедительных подтверждений указанных дат нет.

О первом челябинском храме в книге «Православные храмы Челябинской области» сказано: «Заложенная по благословению митрополита Тобольского и Сибирского Антония 9 июля 1737 года церковь во имя святителя Николая построена в конце 1739 года и, как пишет И. Г. Гмелин: “…храм во имя святителя Николая Мирликийского расположен немного в стороне от крепости… открыт для служб в 1740 г.” К этому времени челябинский священник уже имел в своем подчинении священнослужителей трех других храмов, о которых нам ничего не известно». На самом деле первая челябинская церковь во имя Свт. Господня Николая заложена в августе 1739 г. на основании благословенной грамоты, подписанной митрополитом Антонием 9 июля 1737 г. (ГАГШ, ф. 224, оп. 1, д. 193, лл. 19–20). В ноябре 1739 г. в Далматов монастырь был направлен священник Иван Алексеев сын Задорин для взятия «антиминса и прочего» для новой церкви, т. е церковь к этому времени фактически построили. Начала ли она действовать в конце 1739 или начале 1740 г. точно не известно. Авторы приводят по этому поводу цитату из И. Г. Гмелина, который будто бы написал, что церковь начала действовать в 1740 г., но приведенная цитата никакого отношения к Гмелину не имеет и является плодом фантазии авторов рецензируемого труда. Гмелин же написал буквально следующее: «Чуть ниже крепости на свободном месте стоит церковь Святого Николая, где уже два года ведутся службы». Учитывая, что Гмелин посетил Челябинскую крепость в 1742 году, и что его сведения относятся к этому времени, арифметическим подсчетом и получают 1740 год.

Последующие сведения относительно первого челябинского храма, приводимые в рецензируемом труде, также вызывают много вопросов. Вот авторы сообщают читателю: «На плане 1768 года видно, что находилась Никольская церковь на пересечении нынешних улиц Труда и Цвиллинга», а далее озадачивают откровением: «В 1766 году было принято решение о переносе деревянного храма в Заречье, на площадь «Горшечные ряды», далее: «Строительство собора (Христорождественского.— Авт.) развернулось в полную силу как только казакам разрешили перенести старую деревянную церковь Николая Чудотворца на Преображенскую площадь, где она была собрана и освящена в честь Святой Троицы» и еще: «Когда строительство Христорождественского собора было закончено, казаки, живущие на левом берегу реки Миасс, в 1766 году деревянную Свято-Никольскую церковь разобрали и перенесли в Заречье. Место нового размещения храма выбрано на площади «Горшечные ряды». Все это на протяжении всего трех страниц (14—16). Вопрос: если церковь в 1766 г. перенесли в Заречье, как она могла быть показана на плане 1768 г. на правом берегу? Куда перенесли церковь — на Горшечную площадь или на Преображенскую? Откуда в 1766 или 1768 г. в Заречье взялись целых две площади, и, откуда взяты наименования этих площадей, отсутствующие в источниках. Еще вопросы: если церковь Николая Чудотворца была перенесена в Заречье после окончания строительства собора, то каким образом строительство собора могло «развернуться в полную силу» после этого самого переноса? Небезынтересно и утверждение о том, что при переносе центра Исетской провинции в Челябинск начали строить каменный Никольский храм рядом со старым деревянным. Нам не известно ни одного документа говорящего об этом; строить, как известно, в 1748 г. начали Христорождественский собор, но это другая тема.

«Собор Рождества Христова. 1766» (с. 16—17). «Собор построен в 1766 году «тщанием прихожан» на центральной площади (сейчас на его месте театр оперы и балета)».— На самом деле собор располагался в восточной части современной площади им. Е. Ярославского, где сейчас разбит сквер, примерно в 40 м по ул. Цвиллинга от места ее пересечения с ул. Труда. Театр оперы и балета находится как минимум в 100 м к юго-западу. Место расположения собора показано на всех планах города с 1768 г. по 1923 г. И далее: «Строился собор под надзором каменщиков-строителей Далматовского Успенского монастыря Акинфия Стахеева, Акинфия Денисова и Ивана Погошева». Акинфий Стафеев сын (то есть Стафеевич) Денисов — один человек, а не два (!) (Гос. архив в городе Шадринске, ф. 224, оп. 1, д. 193, лл. 24–25 об.) и работал он на строительстве собора вряд ли дольше двух лет: по крайней мере, в 1752 г. он уже строил каменную Никольскую церковь в селе Николаевском Далматова монастыря (Пашков А. А. Далматовские мастера-строители XVIII в. // Шадринская провинция. Материалы третьей межрегиональной научно-практической конференции.— Шадринск, 2000.— С. 48–50). Фотография на с. 17 подписана: «Собор Рождества Христова. Вид со стороны строящегося здания госпиталя». Вопрос: какой госпиталь у нас в городе строился в начале XX в. в районе улицы Большой (Цвиллинга) или собственно Соборной площади? Это довольно известный снимок: запечатлена, в действительности, завершающая стадия строительства дома купца В. И. Кузнецова по ул. Большой (сегодня это дом по ул. Цвиллинга, 2).

«Свято-Троицкий храм. 1768» (с. 18—21).

В 1768 г. было перенесено в Заречье деревянное здание бывшей церкви Свт. Господня Николая Чудотворца. На новом месте церковь освятили во имя Святой Живоначальной Троицы. Текст книги (с. 18): «Деревянное здание Николаевского храма стояло еще в 1832 году, когда рядом уже возвели каменную церковь, построенную в традициях классицизма (по типовому проекту архитектора Тона). Строительство велось с 1796 по 1829 год, и достроен храм усердием челябинского 2-й гильдии купца Максима Ахматова». Первый альбом типовых проектов церквей К. А. Тона увидел свет в 1838 г., поэтому очень сложно было построить в 1796—1829 гг. храм по его типовому проекту (Градостроительство России середины XIX — начала XX века.— М., 2001. Т. 1.— С. 224—225). Это, не считая того, что типовые проекты К. А. Тона были выполнены в «русском» стиле, а вовсе не в классических традициях. Еще цитата (с. 18): «Вначале храм имел два престола — т. н. холодный в честь Живоначальной Троицы и отапливаемый, в честь иконы Божьей Матери «Знамение». Позже был пристроен северный придел во имя Преображения Господня… Центральный вход в храм был с ул. Преображенской (ныне ее нет). С южной стороны храма на Преображенской площади размещался базар «Горшечные ряды». Вернемся к тем мифическим площадям, на которые была перенесена первая деревянная челябинская церковь в 1768 г.,— Преображенской и Горшечные ряды. В любом случае, возникнуть название «Преображенская площадь», даже теоретически, могло только после освящения придела во имя Преображения Господня, то есть после 1832 г. Каким образом в 1768 г. могли перенести здание Николаевской церкви на площадь, которая возникнет лет этак через 70? А Горшечные ряды, как оказалось, это не площадь, а базар на Преображенской площади. Площадь рядом с церковью сформировалась после переноса здания храма и называлась Троицкой, или Свято-Троицкой. О существовании Преображенской площади в Заречье ничего не известно, но с начала 1880-х гг. после очередного переименования улиц Челябинска, появляется ул. Преображенская, — современная ул. 1-го Мая. Названа улица была по одному из приделов Троицкой церкви. Так же как и ул. Знаменская (ул. Кашириных к востоку от ул. Кирова). Ул. 1-го Мая, конечно, сохранилась лишь на маленьком отрезке, тем не менее, заявлять, что сегодня она не существует, еще рано.

«Храмы Одигитриевского женского монастыря. 1848» (с. 22—23). Дата, указанная в заголовке, относится к созданию женской общины (не монастыря — он был создан в 1861 г.) и не имеет отношения ни к одному из двух храмов монастыря. Кроме того, интересно, почему собственно храм в честь иконы Божией Матери Одигитрии назван надвратным (с. 22)? Надвратными, как это и следует из самого названия, назывались храмы, построенные над воротами — то есть первый этаж занимает пространство ворот, второй этаж собственно храм. В случае с Одигитриевским монастырем ворота располагались рядом с церковью, первый этаж которой занимали, как это и указано в книге, два придела во имя Св. Антония и Феодосия Печерских и во имя Св. Петра и Павла. Более того, первоначально церковь вообще была одноэтажной! С чего же авторы решили назвать церковь надвратной? Возможно, потому что многие известные надвратные церкви завершаются колокольней, как известные церкви Донского и Данилова монастырей в Москве. На самом деле в России со времен средневековья существовала традиция строительства храмов «под колоколы», когда колокольня не строится отдельно, а возводится как завершение самого здания храма. Еще одно возможное объяснение этой ошибки заключается в том, что надвратным является прототип — храм в честь иконы Божией Матери Одигитрии в Смоленске, который построен на месте бывшей Фроловской, или Днепровской, башни Смоленского кремля. На с. 23 авторы, описывая Вознесенский храм, называют барабаны под малыми куполами «глухими», — изначально высокие арочные окна имелись на каждой грани этих барабанов, впоследствии они были заложены, но проемы хорошо читаются и на поздних фотографиях. Подпись к верхней фотографии на с. 23: «На переднем плане — Одигитриевский храм, позади — Вознесенский храм с колокольней». В действительности на переднем плане на фотографии видна Покровская (Перцевская) церковь, на заднем плане — Вознесенская, а то, что в подписи названо «колокольней» — это Одигитриевский храм «под колоколы».

«Церковь в честь Казанской иконы Божией Матери. 1755—1768» (с. 25). Сама дата в заголовке уже смущает — 1755—1768. Текст: «На плане города 1768 года кладбище обозначено как существующее, и на нем церковь, построенная, видимо, между 1755 и 1768 годами». На плане Челябинска 1768 г. вообще не обозначено кладбище, а следовательно, и церковь на этом кладбище (ОГАЧО, Ф. И-87, Оп. 1, Д. 346). Кладбище обозначено как существующее на плане города 1784 г., и церковь иконы Казанской Божией Матери показана, а в пояснениях к плану написано «строящаяся» (ЧОКМ, НВ 621). Откуда авторы книги взяли даты 1755—1768 гг., остается загадкой. На самом деле сведения об этой церкви общедоступны. Достаточно было заглянуть в энциклопедию «Челябинск»: «Церковь была заложена на основании грамоты, выданной в 1778 архиеп. Тобольским и Сиб. Варлаамом (Петровым). Построена в 1791—93 за гор. чертой, на возвыш. месте в районе совр. кинотеатра им. А. С. Пушкина. Стр-во начинал чел. купец Е. М. Сапожников, заканчивал титулярный советник Шулепов. Церковь была освящена 7 июля 1793 прот. П. Топорковым. Своего причта не имела, считалась приписанной к Христорождественскому собору, духовенство к-рого и проводило в ней чин отпевания. Здание церкви было кам., оштукатур., размерами 5×7 м. Осн. объем храма — восьмерик на четверике — завершался 1 главой на цилиндрич. барабане. Небольшая трапезная соединяла храм с притвором, над ним возвышались 3 яруса шатровой колокольни, выполн. как “восьмерик на четверике”. Колокольня завершалась шлемовидным куполом со шпилем. В 1919 кладбище, при к-ром существовала церковь, было закрыто, а сама она передана в пользование одной из общин верующих. 23 авг. 1923 договор с общиной был расторгнут в связи с обвинением ее в “рубке деревьев вокруг церкви и на кладбище”. Был заключен новый договор с др. общиной, однако 26 авг. 1929 здание храма вновь опечатали, т. к., по мнению сотрудников окружного адм. отдела, колокольня церкви могла рухнуть и представляла угрозу для горожан. Верующие обратились с жалобой во ВЦИК. Тем не менее в 1930 церковь была снесена. На момент ее закрытия колокольня насчитывала 6 колоколов, в церкви находилось 35 икон. В. С. Боже, Л. Ю. Вознюк, Е. В. Конышева» (Челябинск: Энцикл. / Сост.: В. С. Боже, В. А. Черноземцев.— Изд. испр. и доп.— Челябинск: Каменный пояс, 2001. — С. 965).

«Свято-Симеоновский кафедральный собор. 1873—1883» (с. 26—29). Цитата: «На плане города за 1784 г. Симеоновское кладбище лишь намечено за пределами городской застройки и городского ограждения, на плане 1838 г. кладбище значится, и на нем — намеченный к строительству каменный храм, рядом с существующим деревянным» (с. 26). На плане Челябинска 1784 г. (ЧОКМ, НВ 621), представленном в двух вариантах, никакого кладбища к северо-западу от города, за пределами жилой застройки, не намечено. Насколько нам известно, на плане 1838 г. ни кладбище, ни церковь также не показаны. Нет их и на плане города, составленном Агровым в 1864 г. Появляется кладбище и какое-то культовое здание в южной его части на плане 1873 г., который называется «Копия с плана Высочайше утвержденнаго 8-го Ноября 1838 года на город Челябинск Оренбургской губернии, с показанием существующих неплановых: построек, улиц, переулков и проч. в 1873 г.» (ЧОКМ, НВ 623). Очевидно, именно этот план авторы книги и назвали планом 1838 г., но, увы, это вовсе не так.

О том, когда была построена Свято-Симеоновская церковь, еще в 1992 г. в брошюре «Купола над городом» ее авторы И. В. Дегтярев и В. С. Боже, сообщали, что «церковь была выстроена в соответствии с решением, опубликованным в номере четвертом “Оренбургских епархиальных ведомостей” за 1873 год, которое гласило: “По определению Консистории с утверждения Его Преосвященства, разрешены постройки следующих церквей: от 24 января сего года в Челябе — каменной на городском кладбище”». Там же приведен документ, говорящий об освящении храма в 1883 году.

Из последующих разысканий Г. Х. Самигулова выяснилось, что новый участок для кладбища был отведен уже в 1876 г. и священноцерковнослужители были об этом предупреждены. В сентябре 1878 г. было завершено строительство кладбищенской ограды, дорожек и пр. (ОГАЧО, Ф. И-1, Оп. 2, Д. 31, Л. 46–68). Так что Свято-Симеоновская церковь достраивалась в то время, когда кладбище уже было вынесено за пределы города. На плане 1910 г. показана Симеоновская церковь рядом с закрытым кладбищем (новое кладбище отмечено к северу от города, рядом с кирпичными сараями). Все еще существовало и здание кладбищенской часовни на старом кладбище. При этом на новом кладбище также обозначена церковь, очевидно, Успенский храм. Немалое удивление вызвала фраза: «Выстоял храм и при артиллерийских обстрелах Красных казарм — сначала белогвардейцы, а затем красноармейцы вели огонь, корректируя его по колокольне» (с. 27). Здесь налицо видна полная беспомощность авторов в истории Гражданской войны на территории местного края, военной истории и терминологии в целом. Дело в том, что летом 1919 года на Челябинск наступали не белые, а, как это ни покажется авторам странным, красные. Удивительно, зачем белым было обстреливать из артиллерийских орудий Красные казармы (которые, кстати сказать, находятся вовсе не рядом с Симеоновской церковью), где располагался союзный белым Добровольческий полк сербов, хорватов и словенцев им. майора Благотича? Действительно, по воспоминаниям челябинца В. А. Протасова, белые вели артиллерийский огонь по наступавшим в районе современных жилых застроек Северо-Запада частям 27-й стрелковой дивизии красных, но вели его с позиций, расположенных за рекой у зданий тюрьмы, и огонь артиллерийских орудий корректировался не «по колокольне», а корректировщиком белых, находившимся на колокольне Симеоновской церкви. Такой огонь в артиллерии называется перекидной. Ни сама Симеоновская церковь, ни Красные казармы никакому обстрелу ни с красной, ни с белой стороны не подвергались.

«Храм Вознесения Господня (1905) (c. 36). Цитата: «По окончании русско-японской войны 1905 года в станционном поселке был построен Вознесенский храм, приписанный к церкви Рождества Богородицы». Однако на с. 30, в статье о Рождество-Богородицкой церкви, читаем: «К станционной церкви были приписаны временно походная Николаевская церковь (1911 г.) и Вознесенская кладбищенская церковь в поселке Порт-Артур (1916 г.)». И далее: «Сведения об этом храме очень скудные. Удалось выяснить, что пять колоколов этого храма весом 31 пуд, 13 пудов, 6 пудов, 1 пуд и 22 фунта были переданы Успенскому храму, а сам храм снесли». Но известно фото 1960-х гг., на котором Вознесенская церковь продолжает стоять как ни в чем не бывало, а на заднем плане видны строящиеся многоэтажки Ленинского района! И уж совсем нелепо выглядит заключительная фраза главы: «На месте храма начальник участка службы пути Сибирской железной дороги инженер Косовский посадил сад». Инженер Ю. А. Коссовский действительно числился начальником 1-го участка службы пути Сибирской железной дороги, но только на… 1909 год (Весновский В. А. Весь Челябинск и его окрестности.— Челябинск, 1909), а в 1920 году выехал в Польшу, а потому явно не мог разбивать сад на месте храма после его сноса, т. е. в 1960-е гг.

«Часовня свт. Николая Чудотворца (1905)» (с. 36). «На фотографии Челябинска (с. 14—15) на переднем плане — тюремная церковь свт. Николая Чудотворца на тюремном кладбище. За ней видно трехэтажное здание старой тюрьмы». В этом сообщении всё неверно. Часовня имела совершенно другое название (в честь иконы «Спас Нерукотворный») и никого отношения к тюрьме не имела! Вот заметка из местной газеты: «Крестный ход. В среду 8 июня, по окончании Божественной литургии в кафедральном соборе — будет совершен Крестный ход из всех церквей города к часовне-памятнику Александру II (близ Таможни) и здесь будет отправлено молебное пение о даровании победы Российского и союзных держав воинству. Звон к литургии в соборе начнется в 8 ч. 30 мин. утра» («Челябинский листок», 6 июня 1915 г.). О каком арестантском кладбище на Южной площади может идти речь, если в 200 м к востоку, за этой самой площадью было действующее Казанско-Богородицкое кладбище? Выходит, Народный дом построили на кладбище? Здание, которое мы видим на фотографии за часовней и Народным домом (ныне ТЮЗ) — это не тюрьма, а Челябинское отделение Госбанка России, построенное на месте бывшего деревянного тюремного замка.

На той же странице подпись к фотографии: «На фото — Христорождественский собор с колокольней, справа — храмы женского монастыря». Вдали на этой фотографии действительно виден Христорождественский собор, а вот справа… Покровская церковь. Первый раз авторы Покровскую церковь спутали с церковью Одигитриевской (на с. 23), а второй раз — со всеми (двумя) храмами Одигитриевского монастыря.

«Алексеевская церковь (1908)» (с. 37). «Строящееся за городской чертой реальное училище (ныне ул. Красная, 38) пожелало иметь свою домовую церковь». С чего авторы взяли, что реальное училище строилось за городской чертой? Откуда такое утверждение?

«Храм Богоявления Господня 196-го Инсарского полка (1913)» (с. 37). Во первых, в именовании полка пропущено «пехотного». Статья целиком переписана из энциклопедии «Челябинск», естественно, без указания источника. В результате бездумного сокращения текста в конце статьи появилась такая фраза: «После революции церковь подверглась перепланировке. Здесь разместился кинолекционный зал военного автомобильного института». Вот так! Т. е. сразу после революции 1917 г. Челябинское военное автомобильное училище (!) разместило в церкви кинолекционный зал!

«Храм Смоленской иконы Божией Матери «Одигитрия» («Путеводительница») на железнодорожном вокзале ст. Челябинск» (с. 43). Приведена только фотография церкви. Никакой информации о ней нет — авторам она осталась совершенно неизвестной. Хотя достаточно просто набрать название церкви в любом поисковике в Интернете и получить такие сведения: «На Челябинском вокзале освящен храм в честь Смоленской иконы Божией Матери. Челябинск, 14 октября 2004 г. 14 октября в Челябинске освятили новую церковь — в честь Смоленской иконы Божией Матери — Одигитрии, покровительницы всех путешественников. Храм построили на железнодорожном вокзале. И теперь у православных христиан появилась возможность зайти в святое место перед дорогой…

Храм в честь Смоленской иконы Божией Матери построили в сжатые сроки — за пять месяцев. Трудились в три смены, и даже ночью здесь кипела работа. Строители хотели успеть к православному празднику — Покрову. Здание церкви и колокольню создали на пожертвования железнодорожников — отчисления с зарплат, вклады поставщиков и фирм-перевозчиков.

Церковная утварь, иконы и иконостас — из Софрино, с производственного объединения Русской Православной Церкви. За куполами и кровлей далеко ехать не пришлось — привезли из Трехгорного Челябинской области. Икону в стекле — над входом в храм — создали в Челябинске.

Храм на вокзале будет беречь пассажиров, уверены прихожане. Не случайно имя дали в честь Одигитрии, что значит «Путеводительница». В стиле древнерусской храмовой архитектуры XII—XVI веков будет построено здание будущего церковного магазина. Строительство не закончено, и 6 миллионов рублей пожертвований — не окончательная сумма. Как сообщил Виктор Сорокин, руководитель фонда “Содействие” ЮУЖД — ОАО “РЖД”, сбор средств будет продолжен: “Для того чтобы сделать храм и его территорию одним из самых красивых в городе”.

Пока храм Покровительницы всех путешествующих закрыт старым зданием пригородных касс. Но скоро его снесут, и тогда церковь в честь Смоленской иконы Божией Матери будет видна со всех сторон. И, как уверяют строители, символы веры не потеряют внешнего вида как минимум 50 лет» (http://www.pravoslavie.ru/news/11458.htm).

В завершение скорбного списка перлов о Челябинских храмах, скажем о церкви, которую авторы трижды (!) (форзац, с. 23, с. 36), умудрились спутать с храмами Одигитриевского женского монастыря, то поодиночке, то с обоими сразу, но о ней самой написали очень скупо: «Рядом с монастырем располагалось Духовное училище. Купец П. И. Перцев на свои средства построил Покровскую училищную церковь (ныне угол ул. Цвиллинга и Коммуны» (с. 23). Такая вот скромная приписка в конце раздела, посвященного храмам Одигитриевского женского монастыря. На самом деле церковь в честь Покрова Пресвятой Богородицы никакого отношения к монастырю не имела. Тот, кому интересна история этой церкви, может найти информацию о ней в энциклопедии «Челябинск» (Ч., 2001. С. 967). На этом окончим обзор описания храмов г. Челябинска и пунктирно пройдемся по «истории и архитектуре» церквей области.

«Храмы Троицка» (с. 46—69). Вся информация по церквам г. Троицка до последней запятой списана с книги «Православные храмы Троицка. Сборник статей и материалов» (Троицк, 2005). Поскольку составители последней плагиатом не занимались, а достойно поработали в архивах, претензий к этой части главы нет. А вот церкви Троицкого района в той же книге не описаны и поэтому в статье о церкви Рождества Христова в с. Клястицком год окончания ее строительства — 1870, а вот в капитальном труде Чернавского указан 1860 год (Чернавский Н. М. Оренбургская епархия в прошлом ея и настоящем. Вып. 1 // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Вып. VII.— Оренбург, 1900.— С. 300).«Храмы Пласта» (с. 76—81). «Церковь св. Александра Невского в с. Демарино. 1888» (с. 79). Откуда появилась эта дата, неизвестно. Чернавский указывает 1890 г. (Чернавский Н. М. Оренбургская епархия в прошлом ея и настоящем. Вып. 1 // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Вып. VII. Оренбург, 1900. С. 302).

«Храмы Златоуста» (с. 82—91). В оглавлении на с. 83 приведена цветная фотография Свято-Троицкого собора с такой подписью: «Златоуст начала XX века. Фото Прокудина-Горского». Нелишне напомнить, что изобретатель цветной фотографии в России имел и имя — звали его Сергей Михайлович. Свою поездку по Уралу он совершил в 1909—1910 гг., когда и были сделаны все снимки, а не в туманном «начале XX века». Это относится и ко всем дальнейшим подписям к фотографиям С. М. Прокудина-Горского.

В рецензируемой книге дана информация по семи храмам, тогда как всего в Златоусте за всю его историю существовало в общей сложности 15 храмов. О том, как работали авторы над текстом по златоустовским храмам, наглядно показывает текст о Свято-Троицком соборе (с. 85). В его основе — информация из книги В. Е. Бокова «Описание Златоустовского Свято-Троицкого собора» (Уфа, 1904). По усмотрению авторов она была произвольно сокращена без всяческих оговорок и отточий, в нее были включены слова, которые показались авторам нужными, и в конечном итоге все это подано как «рассказ очевидца». Но подвел их Владимир Егорович, так как события эти произошли в 1842 году, а родился он лишь в 1851 году и потому при всем своем желании не мог быть очевидцем.

Неточно изложена и история ликвидации Свято-Троицкого собора, помещенная на с. 86 рецензируемого труда: «Свято-Троицкий собор был закрыт в 1928 году. В нем разместился музей. 13 марта 1929 года было принято постановление о ликвидации собора. Сняли кресты и колокола, колокольную медь отправили на переплавку». На самом деле собор был закрыт в начале 1929 года, и в марте 1929 года шла речь не о ликвидации здания, а о ликвидации культового учреждения. Процесс физического разрушения здания был тоже не единовременным. Лишь в 1932 г. была разобрана колокольня, которую предписывалось снести еще в 1929 году, само же здание сломали только во второй половине 1934 года.

История Трехсвятительской (Никольской) церкви тоже изложена наспех. Авторы без лишних сомнений указали: «В 1931 году церковь разрушили». На деле в 1931 г. (6 апреля) Горкомхоз лишь обратился к городским властям с ходатайством о сносе колокольни, ворот и будок бывшей Трехсвятительской (Никольской) церкви. Точных дат реального разрушения здания Трехсвятительской церкви по архивным документам пока найти не удалось. При этом подчеркнем, что здание церкви видно на многих фотографиях первой половины 1930-х гг. (позднее указанного 1931 г., уже без будок и ворот, но еще с колокольней).

На той же с. 88 вверху слева приведена фотография Петропавловской церкви (это действительно Петропавловская церковь), а в нижней части страницы приведена репродукция дореволюционной открытки «Златоустъ. № 62. Вид с юго-западной стороны». Вверху справа на этом изображении хорошо видна Трехсвятительская церковь. А на странице речь идет о Петропавловской церкви. Похоже, авторы даже не поняли, что поместили в материале о Петропавловской церкви фотографии двух разных храмов.

О Свято-Троицком храме в предпоследнем абзаце на с. 89 утверждается, что на его территории располагается «часовня». На самом деле никакой часовни там нет, а есть крестильня, сооруженная во второй половине 1990-х гг. На фотографии, помещенной на той же 89 с. с подписью «Колокольня Свято-Троицкой церкви», на самом деле изображена сама церковь со стороны главного входа (колокольня этой церкви не является самостоятельным сооружением, а надстроена над основным зданием).

Есть двусмысленность и в рассказе о Свято-Симеоновской церкви (с. 90). Сказано: «Это был единственный деревянный (бревенчатый) храм в городе». Относится ли это к определенному периоду истории Златоуста или ко всей его истории остается загадкой. Судя по всему, деревянной была первая златоустовская церковь, сожженная Е. Пугачевым, деревянными являются ныне действующие Свято-Троицкая и Иоанно-Златоустовская церкви.

Не лишним было бы при редактуре поправить и такое утверждение: «16 сентября 2007 года на том месте, где стояла старая церковь, была построена и освящена новая Свято-Симеоновская церковь». Воистину Чудо Господне — единым днем воздвиглась и освятилась церковь во имя праведного Симеона Верхотурского! Редактору следовало всего лишь поставить дату после слова «освещена», и претензий не было бы.

На с. 91 читаем под фотографией: «Храм Вознесения Господня в Златоусте». Но в Златоусте никогда не было и нет такого храма. На снимке же изображен храм во имя прп. Серафима Саровского! Судя по всему, неверна и указанная дата — 2008 г., поскольку главный купол (на снимке он лежит на земле) был поставлен на здание храма 12 сентября 2007 (!) г.

«Храмы Миасса и Кусы» (с. 92—104). «Церковь апостолов Петра и Павла. 1815» (с. 96—97). На с. 97 читаем: «В 1880—1890-х годах, когда церковь уже не вмешала верующих, к ней были пристроены приделы с северной и южной сторон с алтарями и отдельными входами. К притвору была пристроена паперть. Перестройка осуществлялась по проекту архитектора Златоустовского горного округа Ф. А. Тележникова, который выполнил и проект резного иконостаса». Коллежский асессор Федор Александрович Тележников родился в 1806 г., вышел в отставку в 1863 г., уехал из Златоуста в Екатеринбург, и к 1890-м гг., вероятно, уже давно лежал на кладбище. Авторы попутали время. Ф. А. Тележников действительно был автором проекта иконостаса для реконструируемой Петропавловской церкви в Миассе (о которой в книге и не упоминается), и было это в 1836 г. К реконструкции храма в 1887—1890 гг. Тележников никакого отношения не имел. (Тележников Федор Александрович // Челябинская область. Энциклопедия. Челябинск, 2006. Т. 6. «Си—Ф». С. 461). И далее: «В 1930-х годах церковь была разрушена. На ее месте стоит памятник В. И. Ленину». Петропавловская церковь была закрыта постановлением Президиума Уральской области от 19 июля 1932 г. по ходатайству Златоустовского горсовета и разрушена в 1937 году.

«Церковь св. Александра Невского. 1881» (с. 98—99). Авторы «не нашли» изображения этой красивейшей миасской церкви, хотя ее фотографии есть даже в Интернете. Не привели они и точных сведений о закрытии и сносе церкви. Храм был закрыт постановлением горсовета от 7 апреля 1932 г. и взорван в 1938 г.

«Новая церковь св. Александра Невского. 2007» (с. 99). Присутствует только архитектурное описание и фотография храма. Никакой информации о закладке, строительстве и освящении церкви нет. Неужели сведения об этом храме настолько недоступны?

Не заметили авторы фолианта и еще одну церковь близ Миасса (в целом по районам остались «незамеченными» десятки церквей!). Это великолепный каменный Архангело-Михайловский храм в с. Тургояк, освященный в 1880 г. и утраченный в наше время (Чернавский Н. М. Оренбургская епархия в прошлом ея и настоящем. Вып. 1 // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Вып. VII.— Оренбург, 1900.— С. 302).

«Церковь Казанской иконы Божией Матери в Кусе. 1882» (с. 104). На приведенной фотографии С. М. Прокудина-Горского с подписью: «Казанско-Богородицкая церковь. 1911 год» — изображен Саткинский завод и церковь во имя Свт. Николая Чудотворца.

«Храмы Саткинского района» (с. 105—114). В перечне церквей района (с. 105) указаны: «Церковь Святой Троицы в Сатке (1782—1785); Церковь Рождества Богородицы в Сатке (1902); Церковь свт. Николая Чудотворца в Сатке (1913); Церковь Вознесения Господня в с. Айлино (1869—1875)». На с. 105—114 описание церкви в честь Рождества Пресвятой Богородицы в Сатке (таково правильное наименование церкви) отсутствует.

«Храмы Красноармейского района» (с. 135—144). «Церковь Покрова Пресвятой Богородицы в с. Кирды. 1870» (с. 141). Дата постройки, вынесенная в заголовок ничем не подтверждается. Сами авторы тут же пишут: «Дата постройки (вторая половина XIX века) предполагается на основании осмотра здания, выявившего некоторые прозаические упрощения архитектурно-конструктивных элементов, свойственные более позднему времени, а также на основании архивного материала за 1852 год, где Кирды называются еще деревней, следовательно церкви там в ту пору еще не было («Ревизские сказки деревни Кирдинской»). Автор, строитель, заказчик неизвестны». Почему авторы поставили в заголовке именно 1870 г. — тоже неизвестно.

«Храмы Верхнеуральска» (с. 145—149). С этим старейшим в области городом авторы поступили особенно жестоко, лишив его шести (!) из семи существовавших там церквей. Приведем их список с указанием года постройки (источник: Чернавский Н. М. Оренбургская епархия в прошлом ея и настоящем. Вып. 1 // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Вып. VII. Оренбург, 1900. С. 297).

Собор во имя Свт. Николая Чудотворца. Каменный. 1875 г.

Приписные к собору: Церковь во имя Св. Георгия Победоносца. Деревянная. 1898—1899 гг.

Церковь во имя Всех Святых (Кладбищенская, деревянная). 1883 г.

Церковь в честь Богоявления Господня. Деревянная. 1849 г.

Церковь в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. Каменная. 1836 г.

Приписная к ней: Церковь в честь Успения Пресвятой Богородицы. Стар. кладбищ. 1792—1796 гг.

Церковь во имя Св. великомученицы Варвары при Покровской женской общине. Деревянная. 1895 г.

Из всего списка авторы заметили лишь одну церковь. Приводим просто убойную цитату из начала статьи: «Более 100 лет украшает Верхнеуральск храм во имя святителя и чудотворца Николая Мирликийского. Церковь была построена по подобию столичного храма Христа Спасителя и открыта 5 мая 1875 года». Начнем с того, что с момента постройки и освящения («открывают» лавки и магазины) Николаевский храм стал соборной церковью вместо Благовещенской и остается ей по сию пору. Об этом в книге ни слова! Второе. Как можно построить храм «по подобию столичного храма Христа Спасителя» в 1875 г., если последний был возведен лишь в 1883 г.? А напоминать авторам общеизвестный факт, что в то время столицей России была вовсе не Москва, а Санкт-Петербург и вовсе как-то даже неловко…

Но и это не все! На с. 149 приведена фотография Богоявленской церкви, скопированная из известного фотоальбома «Челябинская область в фотографиях. 1900—1920» (Челябинск, 2000) с совершенно невероятной подписью. Под изображением небольшой деревянной церкви значится: «Верхнеуральский Свято-Троицкий собор. Взорван в 20-х годах XX века». Никакого собора с названием «Свято-Троицкий» в Верхнеуральске никогда и не было. И позвольте спросить, уважаемые авторы, где, когда и от кого вы слышали, чтобы деревянную церковь взрывали???

«Храмы Увельского, Уйского и Еткульского районов» (с. 174—187). «Церковь Архангела Михаила в с. Мордвиновка. 1887» (с. 176—179). Чернавский дает другую дату — 1890 г. (Чернавский Н. М. Оренбургская епархия в прошлом ея и настоящем. Вып. 1 // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Вып. VII. Оренбург, 1900.— С. 301). На с. 179 приведена фотография якобы этой церкви с подписью: «Фото И. Горохова. 1926 г.». Фото действительно И. Г. Горохова и 1926 г., но только изображена на ней не церковь во имя Св. Архангела Михаила в с. Мордвиновка, а Вознесенская церковь в с. Николаевка (ныне Красносельское), что подтверждается надписью на стеклянном негативе, хранящемся в фондах Челябинского краеведческого музея.

«Церковь Архангела Михаила в с. Петровском Увельского района. 1861» (с. 180—181). Чернавский дает другую дату — 1854—1868 гг. (Чернавский Н. М. Оренбургская епархия в прошлом ея и настоящем. Вып. 1 // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Вып. VII. Оренбург, 1900. С. 305).

«Церковь Архангела Михаила в с. Краснокаменка Уйского района. 1914» (с. 182—183). Откуда взялось такое наименование, неизвестно. По сведениям епархии, полученным редакцией в ходе работы над энциклопедией «Челябинская область», церковь именовалась во имя Св. апостола и евангелиста Иоанна Богослова.

«Храмы Кыштыма» (с. 189—199). На с. 190 приведена большая цитата из книги «Приходы и церкви Екатеринбургской епархии» 1902 г. издания. Мы приведем из нее фрагмент: «В 1730 г. был построен Н. Демидовым из дикого камня храм, который по наружности никаким переменам и перестройкам не подвергался, а существует и по настоящее время в своем первоначальном виде. (Имеется в виду 1902 год. К сожалению, в наши дни храм разрушен.— Прим. сост.)… Храм двухэтажный, в верхнем холодном храме престол освящен в память Сошествия Св. Духа, в нижнем, теплом — в память усекновения Честныя Главы Предтечи и Крестителя Господня Иоанна…». Далее, на с. 191, рассказывается о церкви Сошествия Святаго Духа: «Первая каменная двухэтажная церковь Кыштыма построена в 1764 году». Если вы не поняли, в обоих отрывках текста речь шла об одной и той же церкви. О существовании в Кыштыме в XVIII—XIX вв. двух церквей Сошествия Св. Духа ничего не известно. Как связать сообщение о том, что храм разрушен (с. 190) и фотографию с видом этой церкви в 2006 г. (с. 191), равно как и с информацией о реставрации храма, мы не знаем.

«Храмы Каслинского района» (с. 200—212). В оглавлении на с. 201 приведено фото с надписью: «Каслинский поселок в начале XX века. В центре — церковь Вознесения Господня». На фото изображена Успенская единоверческая церковь. То же самое фото, только с необрезанным правым краем (хорошо видны три церкви: Успенская единоверческая, Никольская и Вознесенская), приведено и на с. 204 с такой подписью: «Касли в начале XX века. Справа — Вознесенская церковь».

«Церковь Успения Божией Матери в Каслях. 1785». На с. 203 сообщается: «Первый каменный храм в Каслях — Успения Божьей Матери — был построен в 1777—1785 годах на месте сгоревшей во время Пугачевского бунта деревянной церкви». Тут же дана иллюстрация с подписью: «Проектный чертеж Успенской церкви. 1810 год». Каким образом проект церкви, построенной к 1785 г. мог быть разработан в 1810 г.? А иллюстрация, насколько можно судить, взята из Атласа Каслинского завода. Подобные атласы составлялись в конце1830-х — начале1840-х гг.

«Храмы Верхнего и Нижнего Уфалея и Нязепетровска». (С. 213–219).

Искусствоведческое описание Верхнеуфалейских храмов сделано в 2006 году В. А. Черных, чей текст, с переброской абзацев в разные части блока, использован в главе об Уфалейских храмах. Искусствоведческое заключение по архитектуре храма в честь Ка-занской иконы Божией Матери в Нижнем Уфалее сделано в 1986 году челябинским искусствоведом В. Медведевой.

На с. 213 перечислены храмы Верхнего и Нижнего Уфалея и Нязепетровска. Однако среди них отсутствует церковь в честь Рождества Пресвятой Богородицы в Верхнем Уфалее, фотография которой, однако, вынесена на этот лист.

О самой церкви не сказано ни слова, но в тексте о храме в честь Казанской иконы Божией Матери в Нижнем Уфалее (стр. 217) почему-то втиснута строка из истории современного Верхнеуфалейского храма в честь Рождества Пресвятой Богородицы, а именно: "Первым настоятелем и строителем церкви был протоиерей Анатолий Землянов", который действительно был первым настоятелем, но современной Верхнеуфалейской церкви, и только в 1993 - 1994 годах, когда и шло ее строительство. К Нижнеуфалейскому храму отец Анатолий Землянов ни малейшего отношения не имеет, а в середине 19 века его, как и его родителей, что называется, и в проекте не было.

Из текста В. А. Черных по Уфалейским церквам была выхвачена эта единственная фраза о современном Верхнеуфалейском храме в честь Рождества Пресвятой Богородицы (построен в 1993 году) и втиснута в текст о Нижнеуфалейской церкви в честь Казанской иконы Божией Матери.

Да и в подписи под фото церкви в честь Казанской Божией Матери (стр. 217, 218) храм назван почему-то Казанским, хотя название его, если уж быть точным, согласно документам еще 19 века, - Казанско-Богородицкий. Фотография на стр. 217, вверху, подписана: «Казанский храм. Вид с юго-востока. Фото начала XX в.» В действительности фото сделано в самом начале 1880-х годов первым учителем Нижнеуфалейской народной школы Петром Андреевичем Самойловым.

С 217: «Первая деревянная церковь в Нижнем Уфалее была построена с основанием завода, но она сгорела во время пожара в 1849 году. На ее месте в 1852–1853 годах возведена небольшая каменная однопрестольная церкввь в честь Казанской иконы Божией Матери. Средства на церковь пожертвовал заводовладелец М.П. Губин».Средства на строительство храма заводовладелец М. П. Губин в 1853 году пожертвовать никак не мог ввиду своей смерти еще в 1819 году, как не мог это сделать и его сын Константин Михайлович (которому принадлежали Уфалейские заводы после смерти отца), скончавшийся в 1848 году. Деньги на строительство церкви были выделены вдовой Константина Анастасией Иосифовной Губиной, которая в это время как раз проводила коренную реконструкцию заводов Сергинско-Уфалейского горного округа.

С. 217: «Реставрацию стен, иконопись, выполняли местные художники А. Макаров и В. Мыжевских». На самом деле реставрацию стен, иконопись Нижнеуфалейского храма в честь Казанской иконы Божией Матери выполняли в 1992–1994 годах местные художники В. А. Малых и А. И. Куманов.

Мы хотели спросить людей, которые готовили эту книгу: если вы не в состоянии отличить на фотографии один храм от другого, если вы просто не можете выстроить непротиворечивый текст, не знаете истории планировки города, путаетесь в датах, в планах, фотографиях,— как у вас хватило «смелости» браться за подготовку такой книги? Самое страшное в том, что книга такого рода давно нужна и, естественно, будет востребована. А поскольку она хорошо издана, то и воздействие будет оказывать соответствующее. Ведь большая часть читателей понятия не имеет, что в книге ляпов и ошибок, как сорняков в поле. И если в некоторых местах эти нестыковки сразу бросаются в глаза, как в случае с описанием истории первой челябинской церкви Николая Чудотворца, то большая часть ложной информации будет воспринята за достоверное.

В целом книга «Православные храмы Челябинской области: История и архитектура» вызывает столько вопросов, что для ответа на них требуется написать труд раза в два-три превышающий по объему рассматриваемое издание. Внешний вид впечатляет, это бесспорно. А к содержанию так и хочется поставить ярлычок «Внимание!!! Требует тщательной проверки!». Честно говоря, если бы в книге вообще не было никаких текстов, а была она просто альбомом с собранием фотографий, от этого бы только выиграли и авторы и, в первую очередь, читатели.

В. С. Боже, историк, лауреат уральской краеведческой премии им. В. П. Бирюкова, почетный член Академии Российских энциклопедий

А. В. Козлов, краевед, почетный гражданин Златоуста, лауреат уральской краеведческой премии им. В. П. Бирюкова

И. В. Купцов, историк, научный консультант энциклопедии «Челябинская область»

Г. Х. Самигулов, кандидат исторических наук, доцент ЮУрГУ

В. А. Черных, историк, почетный работник культуры Верхнего Уфалея.

Вернутся в статью >

Интересное