
Берлинцы, не говорящие по-русски, поняв, что мы из России, произносили как пароль слово «Путин» и помогали найти нужную улицу. Столица ФРГ — мультикультурный город. Здесь проживают люди десятков национальностей. Многие владеют английским, а на русском, как уверяют выходцы из России, в Германии говорят более четырех миллионов человек. В некоторых общеобразовательных школах преподают наш язык. Есть русскоязычные детсады.
ВИНО НА КОНЦЕРТЕ. ЧУТЬ-ЧУТЬ…
Берлинские афиши извещали о гастролях челябинцев. Новостной сайт BERLIN.24.RU писал:
"Вместо модных коктейлей берлинцы дегустируют глинтвейн на рождественских рынках, и все больше зрителей выбирают в качестве вечерней программы концерты классической и церковной музыки. Челябинская филармония подготовила для жителей и гостей немецкой столицы особую программу".
Два из трех концертов прошли в зданиях, которые относятся к главным достопримечательностям Берлина. О церкви Кайзера Вильгельма мы уже рассказывали.

Самое большое впечатление на челябинцев произвел Концертхаус — один из лучших залов Европы. Он вмещает 1400 зрителей.
— Волновались ужасно. На такой огромной сцене мы раньше не пели. Артистов пришлось ставить на дистанцию друг от друга, — рассказывает руководитель и дирижер коллектива Ольга Селезнева.
Аккомпаниатору Ларисе Яновской впервые довелось сесть за старинную фисгармонию — духовой клавишный инструмент. Чтобы металлические язычки зазвучали, нужно привести их в движение струей воздуха. Немецкий музыкант на репетиции учил Ларису изо всех сил давить на ножные педали («Айн-цвай, айн-цвай»), заставляя меха подавать воздух. У нее все отлично получилось. Публика особыми аплодисментами наградила Ларису и Олега Яновских (рояль) за прекрасный аккомпанемент. Овации накрыли волной горячей признательности солистов Надежду Слепневу, Наталью Пугачеву, Николая Волкова, Юрия Никитина и весь хор.
— Концерт начинался в восемь вечера, в Челябинске в это время уже полночь, — вспоминает Елена Логинова. — А произведение длится полтора часа. Спины не чувствуем, ноги затекли. Но зал заполнен, в глазах у зрителей восторг, и мы — счастливы.
Уральцев долго не хотели отпускать. На бис исполнили «Шутку» Баха, а потом… «Барыню». После Россини и Баха -народную песню? В таком зале?! Но последовал шквал оваций. Публика больше всего хотела слышать именно русскую народную музыку. Ей был посвящен третий концерт, он был аншлаговым.

Церковь Святого Креста знаковое для берлинцев место. Там проходят и службы, и концерты духовной и классической музыки. Удивило, что при храме есть кафе, правда с отдельным входом. Прямо в зале работал буфет, стояли наполненные белым и красным вином бокалы. Многие зрители во время концерта брали напитки. Но пили махонькими глотками.
Духовные песнопения слушали, затаив дыхание. Одна зрительница подошла к дирижеру Ольге Селезневой и с помощью переводчицы сказала всего пять слов: «Это была музыка с небес».

«ПОМНЮ РУССКИХ СОЛДАТ»
— Русские песни знакомы мне с послевоенных лет, — рассказал мне пенсионер Ульрих Бэк, который раньше вел музыкальные программы на берлинском радио.
— Я был пятилетним мальчишкой, когда в Берлин вошли советские солдаты, и все они что-то пели. Это впечатление до сих пор живет во мне. Тогда и возник интерес к русской культуре в целом.
Тут тон старика стал жестче:
— Но нынешний политический кризис словно отрезал то время. Я не мог слушать русскую музыку. Жалко, что разрушаются связи. Можно понять русских и Путина. Но русские также должны понять, что мы их боимся. Не понимаем, куда они хотят идти. Узнав о программе челябинского хора, я сказал себе: «Может быть, ты все же сходишь на этот концерт».
— Да разве мы такие страшные и нас надо бояться? — пыталась я пошутить. Он сказал, словно извиняясь:
— Вообще-то в Германии есть много людей, которых мы называем так: «Люди, которые понимают Путина».
— В Берлине челябинцам попадались именно такие люди, — заметила я. Чтобы разговор не превратится в политическую дискуссию, пожилой человек снова ушел в воспоминания:
— Мне очень нравится русская духовная музыка. Я слушал песнопения в исполнение ансамблей Александрова и Свешникова, приезжавших к нам на гастроли. На юге Берлина в Вюнсдорфе с 1946 года дислоцировались ставка Главкома Группы советских войск в Германии. Там был ансамбль песни и пляски, а в его составе мужской хор. В 1994 году российские войска покидали уже единую Германию. Для этого военного хора я устраивал в Берлине прощальный концерт. Солдаты, как и ваши челябинские артисты, пели «Отче наш». Апофеозом их программы было «Великое славословие», которое исполнили и челябинцы. И тогда, и сейчас я воспринял это произведение как знаковое. Уральский хор могу назвать одним из лучших, которые я когда-либо слушал.

9 ЧАСОВ В ПУТИ, ЧТОБЫ УСЛЫШАТЬ КОНЦЕРТ
Все дни коллектив сопровождала бывшая челябинка Наталья, одноклассница артиста хора Михаила Гареева. Не пропускала даже репетиции хора.
— Красиво поете, душевно, разбередили вы мне сердце, — утирала слезы Наташа.
— По родине скучаем, поэтому и пришли послушать челябинцев. Великая русская музыка пробирает до глубины души, — говорил на одном из концертов мужчина средних лет по имени Владислав. — В Берлине большая русская диаспора. Сам я из Самары, жена из Ростова.
Под песнопение «Богородице Дево, радуйся» всплакнула девушка Маша.
— Я здесь, а мама в России, — сквозь слезы прошептала она.
Из пригорода Берлина приехали тетя и двоюродный брат дирижера хора Ольги Селезневой. За кулисы пришла немолодая супружеская пара. К ним устремились артистки Любовь Белова и Людмила Бердник:
— Таня, ты?!
— Узнала, что вы поете и примчалась. От нашего городка под проливным дождем девять часов добирались с мужем до Берлина.
Татьяна Пушкарева вместе с Любовью и Людмилой — ученицы создателя хора Валерия Михальченко, имя которого носит коллектив. Они пели в хоре еще в 70-х годах.
— Вы великолепны, — восхищалась Татьяна. — Жаль, уже нет Валерия Васильевича, он бы гордился вашим успехом.

СТЕНА РУХНУЛА
Конертхаус находится на территории бывшей ГДР. Неподалеку есть музей Берлинской стены, которая когда-то разделяла город на две державы, пройдя не только по улицам города, но и по судьбам многих людей. Уродливое трехметровое по высоте сооружение в черте города длинной в 43 километра(!) лишало людей с обеих сторон доступа к родным и друзьям. Беглецы из ГДР пытались преодолеть бетонную границу, многие гибли. Ровно 25 лет назад стена пала. Ее фрагменты сохранены в назидание потомкам. Рядом с музеем, на Фридрихштрассе, сохранен контрольно-пропускной пункт НАТО — Чекпойнт Чарли. На его фоне фотографируются туристы.
— Вряд ли кто-либо из берлинцев хочет возврата к прошлому. Человечеству нужно создавать не стены вражды, а мосты дружбы, — говорит генеральный директор Челябинского концертного объединения Алексей Пелымский. — Мы стараемся строить мосты культурные. У нас добрые и тесные отношения с германским Фондом Роберта Боша и Институтом Гете. Немало совместных проектов, одним из которых стала творческая поездка Камерного хора.
Причем, это первая попытка Челябинского концертного объединения (ЧКО) провести коммерческие гастроли. Как говорится — через кассу. Гете-институт помог найти партнеров, взявших на себя организацию концертов и продажу билетов. По цене они были вполне доступны для берлинцев: от 12 до 20 евро. Сергей Магута, атташе по культуре посольства РФ в Германии, принявший делегацию челябинцев, пошутил на этот счет:
— В канун Рождества люди улыбаются и готовы расстаться с деньгами. Вы приехали в хорошее время.
Дипломат наслышан не только о промышленном, но и культурном потенциале Челябинска. В посольстве России (по площади оно одно из самых крупных иностранных посольств в Берлине) есть хороший зал, где проводятся концерты для гостей и дипкорпуса. Челябинцев пригласили здесь выступить. Тем более что в грядущем году намечены две поездки в Германию: в Бремен поедет «Уральский диксиленд Игоря Бурко», а Камерный оркестр «Классика» отправится в тур по городам Австрии и Германии.