2017-12-22T15:52:27+03:00

Южноуральские эксперты — о трудностях перевода бизнеса на «цифру»

Изменить размер текста:

Челябинский филиал Финансового университета при правительстве РФ инициировал пресс-конференцию, на которой специалисты рассказали о сегодняшнем состоянии и перспективах цифровой экономики, о роботах вместо людей и главном конкуренте промышленников — 3D-принтере, об отставании бизнеса от власти, о несовершенстве IT-безопасности в малом бизнесе и частной жизни (криминальных кибер-атаках и слежке), о важности подготовки высококвалифицированных кадров и о цифровой школе для людей всех возрастов.

Сегодня и завтра цифровой экономики

«Тема перехода России на цифровую экономику красной нитью проходит в выступлениях представителей власти всех уровней, а в июле этого года была утверждена программа «Цифровая экономика РФ», — рассказывает доцент, завкафедрой «Математика и информатика» челябинского филиала Финансового университета при правительстве РФ Юлия Подповетная. — Согласно этой программе планируется развитие цифровых технологий и их внедрение во все сферы жизни — и образование, и здравоохранение, и госуслуги, и управление хозяйством и т.д. Реализовать эту программу планируется к 2024 г., но уже сегодня нужно понимать, как вести себя в новых условиях, какие нас ждут перспективы, какие есть у этой системы плюсы и минусы».

«Цифровая экономика — это новая среда существования бизнеса, и эта среда охватывает сотни миллиардов устройств, которые в скором будущем будут в задействованы в области интернета вещей и промышленного интернета, — добавляет другой представитель финуниверситета — профессор, к.т.н. Павел Переверзев. — Уже существуют такие понятия, как умная и цифровая фабрика, как умный дом и город. К 2025 г. планируется подключить к интернету 300 миллиардов устройств, а чтобы связь не просела, уже разрабатываются системы нового поколения. И уже сегодня цифровые рынки перехлестывают все прогнозные ожидания». По словам эксперта, такой успех цифровая экономика имеет потому, что предприятия, построенные на ней, работают круглосуточно в автоматическом режиме, у них ничтожные расходы на тиражирование продукции, транспортировку, хранение и, главное, высокая скорость. «Например, Amazon.com продает от 3 до 7 миллионов товаров в сутки, отправляют их в 190 регионов, и все это делается в автоматическом режиме, — говорит спикер. — И тут уже встает вопрос о таких цифровых технологиях, как электронный документооборот и цифровая подпись, без которой невозможно миллионное тиражирование продукции и выполнение заказов. Если наши предприятия не внедрят это в свою деятельность, они просто вылетят с рынка. Государство обогнало бизнес в этом направлении — электронное правительство гораздо более оцифровано, чем наши предприятия».

«Для того чтобы поучастовать в каком-то тендере, получить более-менее солидный заказ, необходимо зарегистрироваться на электронных торговых площадках, которые дают определенные возможности для крупного бизнеса, но и определенные ограничения — для мелкого. Поэтому-то и идет определенное отставание бизнеса — он пытается сопротивляться подобным нововведениям», — объясняет позицию малого и среднего бизнеса, как она видится со стороны, гендиректор ООО «Машзавод» Андрей Коротовских. Он отметил, что сегодня перед предприятиями стоит вопрос оптимизации. «В экономике появился цифровой инструмент, и теперь им нужно пользоваться, оптимизировать бизнес-процессы, — говорит спикер. — Мы, например, очень плотно работаем с железной дорогой, и у них своя программа цифровой железной дороги. В Челябинске, на ЮУЖД, в октябре этого года был продемонстрирован автоматизированный роспуск состава локомотивом. Речь о том, что вагоны идут самоходом, без участия человека, система переводит стрелку, регулирует скорость отцепа. То есть все происходит в автоматическом режиме, человек только наблюдает и контролирует. И уже сегодня один оператор может управлять несколькими локомотивами».

Что касается интернета вещей, то, по словам Андрея Коротовских, промышленники очень близко подошли к внедрению устройств, которые могут быть вписаны в цифровой процесс. «Речь идет именно о производственной части, о том, чего как раз сейчас не хватает нашей области, промышленному сектору, — говорит спикер. — Область нацелена на то, чтобы производить физический товар, а мы должны вписаться в цифровую экономику в плане создания цифровых продуктов . И речь идет не о гаджетах. Сейчас у нас есть очень большие возможности создавать платформу, программное обеспечение. То есть фактически тех самых роботов, которые впоследствии смогут либо облегчить работу человека, либо заменить человека на определенных этапах».

Однако пока Россия, по мнению эксперта, очень зависима как от китайских производителей, так от того же «софта», разработанного тоже не у нас. И если правительство еще переходит на российский софт, то бизнес от этого еще очень далек. «Никто не пытается вложить деньги на далекую перспективу, — сетует спикер. — Всем кажется, что цифровая экономика — это где-то далеко, хотя она уже наступила, но заметим мы это тогда, когда будет уже поздно».

Вопрос информационной безопасности

Андрей Коротовских:

— Приведу один пример. Однажды у нас слетела программа «1С». Мы подали заявление в полицию, выяснилось, что действительно было внешнее вторжение в нашу сеть, попал вирус, который заблокировал все базы данных. Ладно, это была только «1 С -бахгалтерия», но могли ведь пострадать более серьезные базы, и не нашего небольшого, а более крупного предприятия или более серьезного ведомства. В результате с целью защиты мы стали дублировать информацию — записывать ее дополнительно. А тогда нам буквально на следующий день пришлось сообщение о том, что мы вам восстановим вашу базу за такую-то плату. То есть криминал тоже не дремлет, он тоже адаптировался к цифровой экономике, причем раньше нас.

Или вот такая история. Ростелеком проложил вдоль каждой железной дороги оптоволокно, которое выполняет функцию передачи данных. То есть это инструмент для выполнения определенных задач. Но, оказывается, у него есть еще одна возможность. Оптоволокно, проложенное рядом с железной дорогой, воспринимает виброаккустические сигналы от дороги. То есть идет состав, кабель реагирует на виброакустику и может по этому параметру определить, где находится состав. Если примерно известно, кто в этом составе едет, можно через сотовых операторов определить, мимо какой станции этот человек в данный момент проезжает и идентифицировать его. Или, к примеру, Apple сделал не очень адекватный жест — выпустил серию айфонов, отличие десятки от предыдущих в том, что у последнего айфона есть 3D-идентификация лица, т.е. с нас снимаются биометрические параметры. Фактически создается электронная модель человека.

Павел Переверзев:

— Операционная система Windows и другие зарубежные системы имеют не документированные возможности. Эти системы могут не только наблюдать за нами, но и остановить нас. То есть Америка может в любой момент погасить все компьютеры в России. А по поводу того, что за нами следят… Да, я сами видел фотографии уважаемых фирм, где директора заклеивали объектив фотокамеры, потому что знали, что за ними следят даже когда компьютер или другой гаджет отключен. Чтобы всего этого не было, нужна система. И начинать надо с правового уровня. А правового поля в этом направлении у нас пока нет.

Юлия Подповетная:

— Кибер-преступность в основном возникает на уровне малого и среднего бизнеса, потому что крупные предприятия к этому вопросу подходят достаточно серьезно, содержат управления, отвечающие в т.ч. за информационную безопасность. У крупных компаний есть финансовая возможность привлекать высококвалифицированных специалистов и, самое главное, использовать лицензионные программные продукты. А вот средний и малый бизнес в этом плане достаточно уязвим. Приведу несколько актуальных цифр от специалистов лаборатории Касперского. 98% исследованных предприятий столкнулись с инцидентами в области информационной безопасности, четверть компаний потеряли данные в результате внешних кибер-атак, 87% пострадали от внутренних угроз и 24% потеряли в итоге конфиденциальные данные. Ущерб от одного инцидента информационной безопасности составляет в среднем около 20 миллионов рублей для крупных предприятий и свыше 780 тысяч рублей для компаний среднего и малого бизнеса. На ликвидацию последствий и профилактики кибер-атак крупные компании тратят около двух миллионов рублей, а небольшие — около 300 тысяч рублей. Эти цифры красочно говорят о том, что вопрос информационной безопасности стоит очень остро.

Кадровый вопрос

Юлия Подповетная:

— Внедрение цифровых технологий требует совершенно иной подготовки специалистов, и в Челябинске, например, треть вузов готовит специалистов в области IT-технологий — прикладной информатики, программирования. Или, в частности, в нашем университете, студенты получают образование по направлению «бизнес-информатика». Такие выпускники достаточно востребованы на рынке труда. Но, с другой стороны, не все компании в малом и, возможно, даже в среднем бизнесе могут себе позволить дорогостоящего высококвалифицированного специалиста в этой области.

Кроме того, в организациях необходимо постоянно отслеживать процесс переподготовки специалистов. Должно вестись постоянное обучение сотрудников, переподготовка в области применения, внедрения информационных технологий, даже если мы говорим о специалисте, который не имеет базового образования. Существует очень большой перечень и программ переподготовки. Это можно осуществить и в рамках конкретной организации или производственного предприятия, и в рамках учебного заведения. Возможностей здесь достаточно много.

И хочется развеять миф по поводу того, что роботы полностью могут захватить весь мир. Процессы, которые подлежат автоматизации в первую очередь, — здесь, да, может активно использоваться робототехника. Но существует много профессий, связанных, например, с обслуживанием. Никуда не денутся инженеры, которые должны будут обслуживать эти автоматизированные процессы, ученые, которые разрабатывают роботов. Нужны будут специалисты по ремонту и т.д. Или возьмем профессии, связанные с общением, — юристы, психологи… Или, например, те же журналисты. Робот, допустим, сможет написать статью, надергав информацию из интернета, но выехать на место событий и оперативно подготовить материал о чрезвычайной ситуации робот не сможет. Также нужны будут и педагоги. Хоть дистанционное обучение, интернет-образование популярно довольно давно, до сих пор существует необходимость в разработке тех же методических пособий для подобного вида обучения и в консультациях специалистов.

Об интеграции в цифровую экономику людей всех возрастов

Павел Переверзев:

— Сейчас наступает эра 3D-технологий, 3D-принтеров. В той же Америке это самая массовая технология, которая со временем обрушит промышленность и торговлю. Сейчас 3D-принтер стоит 300 долларов, к 2025-му году большинство из нас будет иметь такие принтеры у себя дома. Например, захотели вы новую обувь? Купили образец, добавили что-то свое и распечатали новую пару. Так же и с одеждой, и с посудой и даже с пищей. Да с чем угодно. Считаю, что и детей, и лица старшего возраста нужно прежде всего приучать к этой массовой технологии. Нужно учить их освоению 3D-моделирования, чтобы они могли создавать для себя или своих близких продукты, вещи. И это уже будет настоящее приобщение людей к конкретной цифровой технологии. Первый шаг, так сказать, для дальнейшего, более глубокого знакомства людей с цифровой экономикой. Сегодня существуют целые сообщества, где люди обмениваются своим опытом в этой области.

Юлия Подповетная:

— Сегодня очень активно поднимается вопрос о компьютерной, цифровой грамотности и, в частности, вопрос создания цифровой школы. Премьер-министр говорил о необходимости создания такой школы, в которой можно было бы обучаться с раннего детства. И наш филиал, в частности, ведет обучение и детей младшего возраста, ведь, хотя современные дети, как может показаться, и разбираются в гаджетах лучше некоторых взрослых, но цифровая школа как раз и направлена на обучение правильного, рационального использования цифровых технологий. Ведь основные аспекты, которые заложены в понятие цифровой грамотности, — это цифровое потребление (грамотное использование интернет-услуг), цифровые компетенции (навыки эффективного пользования технологиями) и цифровая безопасность (знания основ информационной защиты). То есть важно с детства знать и об угрозах, и о возможностях, чтобы использовать цифровые ресурсы с умом.

Если же говорить о людях почтенного возраста, то у финуниверситета есть определенный опыт и в этом направлении. В 2017 году мы выиграли и реализовали грант с программой «Высшая школа для людей почтенного возраста». Здесь были учтены все аспекты — и компьютерная, и правовая, и экономическая грамотность. Как раз все то, что так важно для наших пенсионеров. И мы пришли к пониманию того, что говорить о цифровой грамотности рано, если не развита грамотность компьютерная. Многие пенсионеры даже не имеют возможности пользоваться тем же компьютером. Чтобы эту проблему решить, существуют социальные проекты, которые реализуются при поддержке государства, либо в рамках бесплатных консультационных пунктов. В частности, в нашем филиале очень развито студенческое волонтерство. И не только для пенсионеров, но и, например, сейчас мы обучаем детей-сирот финансовой грамотности, грамотному планированию своих расходов и, опять же, использованию информационных технологий для управления своими финансами.

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Образование в Челябинске»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также