Премия Рунета-2020
Челябинск
+6°
Boom metrics
Общество30 декабря 2021 12:51

Как сейчас живет школьница-живодерка из Челябинска: мать девочки рассказала о травле и своей версии событий

«Зоозащитники» объявили семье войну
Тот самый расчленённый котенок. Фото: соцсети.

Тот самый расчленённый котенок. Фото: соцсети.

В Челябинске не утихает история девочки, которая могла расчленить котенка на северо-западе города. Буквально на днях ее поместили в центр содержания малолетних. Но это успокоило далеко не всех людей. Многие «зоозащитники» остались недовольны таким мягким, по их мнению, наказанием, о чем открыто заявили в соцсетях. Журналисты КП-Челябинск разобрались в ситуации подробнее. Мы связались с матерью девочки и задали ей свои вопросы. Как выяснилось, после появления информации в интернете, семья столкнулась с жестокой травлей, угрозами и даже нападением.

Так расписали дверь матери. Фото: Источник КП-Челябинск.

Так расписали дверь матери. Фото: Источник КП-Челябинск.

Связаться с матерью Алисы [здесь и далее имя изменено] оказалось нелегко. Все ее страницы в социальных сетях удалены, известные номера — вне зоны доступа. Отправляясь по адресу, мы и не ждали, что нам удастся поговорить с кем-то из семьи. Мы хотели опросить соседей и посмотреть на тот самый подъезд, который, по слухам, был изуродован устроившими травлю любителями животных.

Алиса и ее семья живут в обычной панельной многоэтажке в спальном районе Челябинска. Серые стены, желтые окна, закрытые и немые двери подъездов. С двух этажей соседских квартир двери не открыл никто. Внимание в подъезде привлекло только большое пятно синей краски на стене — здесь явно что-то замазывали. По лестнице спускался полицейский. Он пришел выяснять подробности по опубликованным в интернете данным семьи. Позже нам все-таки удалось поговорить с матерью девочки.

«Вундеркинд» — это когда талант сам пришел, а она училась и старалась

— Алиса с детства была очень активной девочкой. Мне всегда казалось, что она развита не по годам. Она научилась читать в три года, потом с папой играла в шашки, шахматы, решала какие-то задачки. Ей это давалось очень легко. И мне показалось, что это большие достижения для ребенка ее возраста и она очень умная. Я не говорю «вундеркинд», мне это слово не понятно. Это когда талант сам пришел, а она работала и старалась. В пять лет Алиса начала ходить на различные кружки и на курсы подготовки к школе и там ей тоже все очень хорошо удавалось. Преподаватель даже отмечала, что с некоторыми задачами она справляется на уровне детей 5-6 класса и даже обгоняет кого-то по развитию, — рассказала о детстве дочери мать Алисы.

А так - подъезд. Фото: Источник КП-Челябинск.

А так - подъезд. Фото: Источник КП-Челябинск.

Девочку отдали в музыкальную школу. Фото с концерта разлетелись по интернету после сообщений о том, что это она могла быть причастной к зверским убийствам животных.

— С самого раннего возраста Алиса слушала всякие песенки, запоминала их, пела. Поэтому я решила, что ей стоит попробовать себя в музыке и отдала ее в музыкальную школу №8. Тогда она входила в 50 лучших школ России. Мы пришли, я написала заявление, Алису послушали и приняли. Педагог заметила, что у девочки хорошие музыкальные данные, она была очень усидчивая, она понимала материал, быстро все схватывала. К концу первого класса она уже могла играть некоторые произведения за второй. Тогда уже мы и начали участвовать в конкурсах, сперва городских, потом дошли до международных. Алиса играет на фортепиано, на скрипке занимается около года. Также у нее есть дипломы за олимпиады по геологии и ракетомоделированию. Всего около 20 дипломов, большинство из которых — по музыке.

— Почему Алиса не ходила в школу?

— По законодательству есть такая форма как «Семейное обучение» и им может воспользоваться любой родитель. Я выбрала, что мы будем учиться дома, ведь она и поет, и танцует. Поэтому мы в школу не ходили и сразу написали заявление, что будем учиться дома, чтобы Алиса могла профессионально заниматься музыкой. Это было, когда ей было 7 лет.

Фото: соцсети

Фото: соцсети

«Я не верю в обвинения, которые выдвигаются против моей дочери»

— Понимаете, дело возбуждено по сути даже не против моей дочери. Ей 13 лет, она по нему даже не может проходить как подозреваемая. И я не верю в обвинения, которые против нее выдвигаются. Сама она тоже говорит, что ничего не делала. И мне дознавательница изначально даже не сказала, что мы можем не свидетельствовать против себя. Поэтому мы были в шоке, и я даже не помню, как прошел допрос. От этих показаний мы впоследствии написали отказ.

Фото: соцсети

Фото: соцсети

— Расскажите о том, что было после появления информации о котенке в интернете?

— Для нас все началось после допроса. Он был 30 ноября. На следующий день уже в обед вышла информация в СМИ. Потом еще примерно через два дня полилась информация о нас: персональные данные, фотографии, ФИО ребенка и где он проживает. И там проскользнул интересный факт — «Когда мама была на допросе, она опустила голову и с холодным взглядом сидела и молчала». Я не знаю, откуда у них эта информация и как это попало в СМИ. Но я даже не знаю, как нужно себя в такой ситуации вести, мне же не радоваться произошедшему! Потом в интернете полились оскорбления на все мои страницы в соцсетях. Я была вынуждена их заблокировать, но поздно — они успели даже фотографии накопировать.

— Самое страшное произошло 3 декабря. Я была ночью дома и почувствовала сильный запах краски. Вышла из квартиры, а на двери написано «Убью тебя, с***» и «убийца». Я быстро собралась, выбежала из подъезда, а у меня по всему дому расклеены листовки с фото моей дочери и личной информацией. Они их наклеили на подъезды, на стены, на трансформаторную будку, на мусорные баки, везде. Больше 20 листовок собрала, зашла за дом и смотрю, там стоят шесть человек. В руках у них были баллончики, клей, монтажная пена и те самые листовки. На вид им лет от 30 до 50, одни женщины. Все в масках. Я подхожу к ним и говорю «Зачем вы это делаете? Следствие идет, зачем вы это делаете?». Одна из женщин меня толкнула и пнула по ноге. После этого они начали расходиться, и я вижу двух девушек, подхожу к ним и начинаю спрашивать про ситуацию. Они сначала сказали, что они не причем, но потом резко у них мнение поменялось, они начали меня оскорблять последними словами. Начали орать на всю улицу, что я сволочь, с*** и живодерка. Потом одна из них меня ударила по ноге, вторая по руке. Потом подключилась вторая. После этого они сказали, что у них есть связи, и они всю мою семью закопают. Я достала телефон, начала записывать это и вдруг одна из них меня ударила в челюсть, я упала и, кажется, потеряла сознание. Они в это время убежали. Почему-то звука у этой записи нет и видео не лучшего качества, но оно есть. После этого я пошла домой и вызвала полицию.

Фото: соцсети

Фото: соцсети

«Писали про мужа и про сына»

— Такие же плакаты распространяла в соцсетях «зоозащитница» Оксана Гринюк. Очень много какой-то личной информации еще опубликовала Татьяна Фекличева. У нее якобы есть достоверный источник близкий к полиции. И она во многих своих сообщениях говорила, что у нее есть связи и выставляемая ею информация достоверна. При этом они публиковали фото якобы моего мужа, там год рождения, имя корректны, а фото совсем другого человека. Я нашла страницу этого человека ВКонтакте и он, видимо, давно туда не заходил, но сейчас у него вся страница в оскорблениях. Еще про сына моего писали, что у него 3 судимости и он шизофреник. Вот такие вещи они рассказывают обо мне. Еще они рассказывали, что я животных якобы собирала отовсюду и отдавала дочери, чтобы она их убила! Это вообще не правда!

— Да, я действительно не пришла на суд. Но это произошло из-за этих людей. Они же выяснили, где я живу и постоянно возле дома, кажется, кто-то дежурил. Мне очень страшно было, поэтому пришлось снять квартиру в другом месте и переехать туда с дочерью. Иначе они мне жить не давали. До этого я не смогла пойти в прокуратуру, куда меня вызывали. Как раз, когда мне нужно было идти, во дворе на площадке, а потом на седьмом этаже подъезда появились люди. Они целый день там стояли, ходили, менялись. Я не знаю, что это за люди. И не то чтобы я их боялась, но кто знает, что у них в голове. Я же могла выйти, а они бы меня по голове ударили и убежали. А потом ищи…. Тем более после того, как они орали, что убьют меня, мою дочь, всю мою семейку.

— Как изменилось эмоциональное состояние вашей дочери после произошедшего?

— Она стала гораздо менее эмоциональной и более замкнутой и постоянно пребывала в стрессе. Да не только она, но и я. Выходить из дома дочь совсем перестала. А если мы куда-то с ней шли, то я ей маску одевала, чтобы ее точно узнать было нельзя. Кто знает, что у них в голове? Особенно после того, что они писали в интернете. Они же потом мне еще и глазок краской залили, и монтажной пеной замки.

Фото: соцсети

Фото: соцсети

«Новый год дочь проведет в центре содержания малолетних правонарушителей»

— Заседание суда по помещению моей дочери в пункт содержания несовершеннолетних правонарушителей прошло 25 декабря. По причине болезни я на нем присутствовать не смогла, понадеялась на адвоката. И я об этом предупредила и секретаря судьи, и инспектора по делам несовершеннолетних. Потом мне позвонил адвокат и рассказал, как все прошло и что дочь поместили туда. Я сейчас Алису посещаю каждый день. Ее в центре не обижают, физически она чувствует себя нормально, но эмоционально… Эмоционально она, конечно, выгорела. Ей, правда, очень тяжело из-за всего этого. Она ведь и Новый год встретит вдали от меня, в центре этом.

Фото: соцсети

Фото: соцсети

О планах на будущее

— Я 30 декабря поеду в Следственный комитет и подам заявлении о распространении личных данных моих и моей семьи, угрозах жизни и порче имущества. Посмотрим, что скажут «зоозащитники» теперь.

— Но будущего для меня пока не существует. Сейчас это закрытая тема, о которой я вообще не думаю. Пока Алисы не будет дома, пока это все не успокоится, я не смогу восстановиться. Я даже не думаю ни о Новом годе, ни о праздниках. Сейчас я целыми днями то с бумагой работаю, то собираю информацию о тех, кто это все распространяет, заявления готовлю, к Алисе езжу. Для меня будущего будто и нет, просто хочу, чтобы это все скорее закончилось.

Фото: соцсети

Фото: соцсети

«Я не могу дать моральную оценку этому делу — это все ужас».

Прежде чем пообщаться с матерью Алисы я встретился с семейным юристом семьи- Евгением Котлецовым. Это произошло сразу после помещения девочки в пункт содержания малолетних правонарушителей. Мы заранее договорились, что будем говорить только о юридической стороне процесса. В корректности проведения следствия и причинах наказания девочки он сомневается.

— Сейчас возбуждено уголовное дело. Исходя из рассказов девочки и из рассказов мамы, следователь перед допросом не разъяснил им положение статьи 51 конституции РФ о том, что они могут не свидетельствовать против себя, просто не отвечать на вопросы. Тем не менее, они отвечали. Потом написали заявление, что они отказываются давать показания. Вы читали статью уголовного кодекса 245 ч. 2 пункт в? Девочка сейчас имеет статус свидетеля, то есть в чем она подозревается — ей не разъяснено. В чем-то обвиняется? Тем более объявление не предъявлено! Это объясняется тем, что девочке нет 14 лет, то есть она не является субъектом преступления. А уголовное наказание у нас в стране наступает с 16 лет и по отдельным деяниям с 14 лет, — рассказал Евгений Котлецов.

— Также существует статья 14 УК РФ — презумпция невиновности, что девочка, что мама не обязаны доказывать невиновность девочки. Наоборот, обвинение должно доказать их виновность. И в конституции у нас что написано? Никто не может быть признан виновным без решения суда. То есть, она не преступница на следствии не только из-за возраста, но и потому, что суд не установил ее вину и в чем она заключается.

— Что тогда было на заседании?

— Решался вопрос о ее помещении в центр временного содержания для несовершеннолетних, совершивших нарушения. Я бы провел параллель с мерой ограничения в виде лишения свободы.

— Как ее тогда поместили туда?

— Когда арестовывают взрослых, есть мера пресечения в виде заключения под стражу или арест. Здесь же основания лишать свободы 13-летнюю девчонку, которой даже обвинение не предъявили и не могут предъявить, которая имеет статус свидетеля, я прокомментировать не могу.

— Новый год девочка проведет там?

— Да, получается так. А теперь будем говорить тоже с точки зрения уголовного кодекса, что такое «Жестокое обращение с животными». Это когда животному особые мучения и страдания причиняются. Не просто мучения, а особые. В данном случае котятам голову отрезали. Я не знаю, назначал ли следователь исследование и как долго жили котята во время процесса — неизвестно. Голову ведь можно отрубить, а можно ножовкой отрезать и степень мучений разная будет. Тут сразу возникает вопрос — а страдают ли животные на мясокомбинате? Поэтому особые мучения и страдания нужно доказать следствию. А по сути — это оценочное суждение. И в данном случае оценили: вот мучения, вот страдания, девочка, отвечай. Но мы не можем осуждать девочку как минимум потому, что суд не установил ее вину.

Фото: соцсети

Фото: соцсети

«Люди должны знать в лицо убийц и живодеров»

Мы связались с Татьяной Фекличевой и Оксаной Гринюк. Именно их мать Алисы называет самыми активными и агрессивными «зоозащитниками». Нам было важно понять — что чувствуют люди, которые готовы объявить охоту на совершившего ошибку ребенка.

Сначала мы обратились к Оксане Гринюк (так зовут женщину ВКонтакте — настоящее ли это имя — неизвестно), которая, по словам матери Алисы первой опубликовала плакаты с личными данными девочки и обвинениями в живодерстве. Женщина к вниманию журналиста отнеслась с подозрением и на вопросы решилась ответить не сразу. Первым делом она заявила, что считает саму девочку и ее семью «мразями».

— Я очень сильно люблю животных. Особенно собак. Поэтому для меня убийство и живодерство не приемлемо. Любые такие деяния со стороны живодеров и убийц я воспринимаю агрессивно. Таким мразям не место среди адекватных людей. [Помещение девочки на месяц в центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей ] Это не достаточное наказание. Я считаю, что за такое преступление наказание должно быть по закону Статья 245 УК РФ для всех. И психически неадекватных мразей надо закрывать в спец учреждения для принудительного лечения по жизни.

— В интернете я ситуацию не освещала. Но если будет возможность встретиться с этими мразями, то я все, что думаю о них, скажу им в лицо. Если бы у меня была возможность развешать плакаты, то с удовольствием бы это сделала. Люди должны знать в лицо убийц и живодеров.

— Я считаю, что у любого адекватного и нормального человека реакцией будет шоковое и агрессивное поведение. Естественно, все нормальные люди возненавидели эту семейку психопатов. Как вообще можно рядом жить или учиться с такими мразями. Это очень опасно для жизни.

Ранее мы уже брали комментарий у Татьяны Фекличевой, поэтому связаться с ней повторно оказалось легко. Женщина открыто общается с журналистами и охотно делится своей информацией. Так, женщина рассказывает о связи девочки с хабаровскими живодерками. Дополнительно подлинность этого утверждения нам установить не удалось. Но сомневаться в том, что у нее точно были единомышленницы, увы, не приходится. Похожая ситуация и с другими данными, которые не стесняясь публикует Татьяна — почти все она будто преувеличивает и драматизирует.

Эмоциональность и искренность особенно выделяет Татьяну Фекличеву. Например, если она пишет позитивные новости, то она сопровождает их множеством смайликов в форме сердца и прислоненных в мольбе ладоней. Но, к сожалению, положительных постов на стене женщины мало. В основном, она собирает средства в приюты для животных, рассказывает о тяготах жизни бродячих собак и с нескрываемой болью жалуется на возвраты животных, которых уже были готовы забрать в семью. Все это выглядит, по меньшей мере, честно и сомневаться в любви Татьяны к хвостатым не приходится. Но так же ярко и эмоционально женщина умудряется клеймить ребенка и «обличать» ее родственников.

В своих постах Татьяна уже заявила, что брат девочки — трехкратно осужденный шизофреник, а мать — соучастница расправ над животными. Там же женщина опубликовала и фото семьи, и ссылки на их личные страницы в соцсетях, и данные об их месте жительства. Там же она заявила, что месяца в пункте содержания несовершеннолетних для девочки будет мало. В комментариях у Татьяны собрались единомышленники.

— Я освещала ситуацию, чтобы донести информацию до общества. Чтобы другим неповадно было. Нужно наказать и в дальнейшем другой уже подумает, прежде чем что-то такое сделать. Сегодня уроды котят убивают, а потом детей. Это опасно для общества и их нужно ограждать от него.

— О наказании. Я бы хотела их вообще поместить в психушку. И маму нужно наказать за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей. Вплоть до лишения родительских прав. И я знаю, что кто-то расклеивал объявления по району матери. Но к этому я никак не причастна.

— Я считаю, что все должно быть справедливо. За других зоозащитников не могу отвечать, но скажу за себя. Это [негативная реакция в интернете] — нормально. Что натворила девочка, то и заслужила. Я жестко к этому отношусь.

Татьяна рассказала, что и она подверглась нападкам в интернете. Ей в личные сообщения периодически пишут «друзья» задержанной девочки. Как правило, они это делают с анонимных страниц и требуют перестать говорить о насилии над животными и извиниться перед девочкой из Челябинска. В противном случае анонимы обещают устроить еще более жестокие убийства животных. Угрожают женщине и физической расправой.

В комментариях у Татьяны Фекличевой собрались единомышленники. Но по сравнению с их предложениями комментарии самой зоозащитницы кажутся верхом гуманизма. Так, комментаторы желают девочке и ее семье гореть в аду и хотят, чтобы ее саму расчленили. Наверное, именно так и выглядит та самая «зоошиза».

«Комсомольская правда-Челябинск» продолжает следить за развитием событий.

К ЧИТАТЕЛЯМ

Присылайте сообщения в соцсетях ВКонтакте, Facebook, Одноклассники.

Viber/WhatsApp: +7-904-934-65-77

Также у нас есть канал на Яндекс.Дзен и Телеграм

Почта: kpchel@phkp.ru