
Государственный симфонический оркестр Челябинской области открыл концертный сезон исполнением симфонии «Манфред» П. И. Чайковского. Музыка, которой почти 140 лет, по эмоциональному накалу соперничает с современными рок-концертами: ее энергетику можно без преувеличения назвать бешеной. А тема — неизбывное отчаяние человека, навсегда потерявшего возлюбленную — лишает сюжет возраста: эти незаметные трагедии сердец происходят в любую эпоху.
Ноты в камне оживают
Связь времен получилась и прямая, историческая: в 1950-м году в зале на улице Труда, перестроенном из кинотеатра, и тогда еще безымянном, дали первый симфонический концерт. Звучал со сцены «Манфред» Чайковского. Сейчас об этом каждый день напоминает мемориальная табличка с нотными строками у входа в зал. Но симфония, прогремевшая в этих стенах совсем недавно, врезалась в память глубже и острее слов, высеченных на черном мраморе. «Прогремевшая» — не художественное преувеличение: печально-яростная музыка заставляла дрожать, а овации после того, как отзвучал последний аккорд и все смогли дышать снова, пульсировали в разгоряченном зале почти десять минут.

Фото: Лидия АНДРЕЕВА. Перейти в Фотобанк КП
Душа, в которой погас свет
«Манфреда» Чайковский создавал, опираясь на стихотворную трагедию знаменитого британского поэта лорда Байрона. Сюжет повествует о человеке, при загадочных и преступных обстоятельствах потерявшем любимую женщину. Манфред — типичный романтический герой: сильная личность, посвященная в тайны магии, способная повелевать сущностями потустороннего мира, но разочарованная и равнодушная к богатству, красоте природы и любым жизненным радостям. Гибель Астарты делает все бессмысленным и оставляет Манфреда в вечной власти душевных мук и угрызений совести.
Музыка симфонии описывает и его метания, и попытки призвать забвение магическим ритуалом, и отстраненное наблюдение за веселой простой жизнью, идущей рядом. Манфред бродит в живописных альпийских горах, рассматривает водопад (будто красками изображенный в переливах арфы), слушает легкий и радостный мотив деревенского танца на лугу. Но сверлящая черная мысль (разве могут пассажи струнных изобразить цвет? Они смогли!) не отступает, где бы герой ни оказался. И душевная буря (ударные и духовые создали в воздухе такое грозовое напряжение, что, казалось, вот-вот ударит молния) не оставляет Манфреда ни на земле, ни в подземном царстве, куда он, как Орфей, спускается, чтобы в последний раз увидеть свою Астарту.
Остается только догадываться, почему Чайковский, в отличие от Байрона, пожалел своего героя, смягчив его участь. И в поэме, и в симфонии Манфред умирает, но в финале музыкальной истории он успевает получить от возлюбленной прощение. Байрон об этом не писал.
Кода
Дирижер симфонического оркестра Челябинской области Алексей Рубин на своей странице в соцсетях написал проникновенный пост:
— Это был один из лучших концертов с моим дорогим Челябинским оркестром! Было единение, которое сложно описать словами. Мы все страдали, любили, задавали вопросы о вечности, пели протяжные народные песни, танцевали под пасторальные мелодии и умерли в конце. Я горжусь каждым музыкантом своего оркестра! Вы показали высочайший результат во всех смыслах! Но это только начало.
Художник, который смог с завораживающей и даже жутковатой точностью выразить боль разбитого сердца, смог победить смерть. Ведь если осенью 2025-го, слушая музыку, которой почти полтора века, всем телом чувствуешь дрожь, те самые «звуковые мурашки», если, выходя из концертного зала, ловишь себя на мысли: «Кажется, это про меня, про мою боль, откуда автор мог о ней знать?..»
Значит музыка жива прямо сейчас, даже затихнув. И это только начало...
К ЧИТАТЕЛЯМ
Присылайте сообщения в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники.
Viber/WhatsApp: +7-904-934-65-77
Также у нас есть канал в Телеграм
Почта: kpchel@phkp.ru