«Помоги нам, праведный Симеон!»: отправившиеся на перевал Дятлова челябинцы прибегли к заступничеству святого покровителя Уралафото
Отец Игорь Шестаков не раз бывал в Верхотурье, но в 2021-м впервые побывал в качестве участника экстремальной экспедиции.
Фото: Сергей КОЛЯСКИН.
Продолжение. Начало – «Старикам тут не место»: почему едва не сорвалось участие священника и министра в экспедиции челябинцев на перевал Дятлова
За святым заступничеством
«Отец Игорь, отец Игорь! Просыпайся!», - кто-то настойчиво трясет меня за плечо. Как бывает иногда со всеми, когда проснулся и не можешь понять ни где ты, ни который час, начинаешь припоминать, озираться испуганно. Я в автобусе. Мои друзья сидят рядом. Наша верхняя одежда, рюкзаки, баулы – все на полках, в проходе, на свободных сиденьях. Да, мы в пути на Ивдель. Мы начали нашу экспедицию.
В большом автобусе, любезно предоставленном правительственным гаражом, не все участники нашего похода. Группу решено было разделить, и наши товарищи Евгений и Игорь едут сопровождающими с колонной техники Миасского автозавода. Мощные машины везут наши снегоходы, сани, снаряжение, продукты, а ведут эти машины опытные водители-испытатели «УралАЗа», тоже дружная и надежная команда. Кстати, как старший механик экспедиции и опытный водитель, Евгений втянулся в работу водителей-испытателей и изрядно помогал отчаянным парням из Миасса в дороге с матчастью.
После краткого молебна, совершенного мной прямо перед посадкой в автобус, мы очень ранним февральским утром покинули Челябинск и теперь держим курс на город Ивдель Свердловской области.
Хоть и сам я уралец, но ранее в тех местах не бывал. Читаю историческую справку: Ивдель – это самый северный город Свердловской области, приводится даже название города на языке манси – Сапсаус. Ивдельский муниципальный округ – место, где живет несколько семей финно-угорского народа манси; познакомиться с этим народом, с его обычаями и жизненным укладом это тоже одна из моих личных целей в экспедиции.
За бортом автобуса мороз, который, судя по просмотренному прогнозу, будет только крепчать. Командир связывается с нашими товарищами, которые выехали значительно ранее нас, ведь колонна «Уралов» идет не шибко, им пришлось взять фору. Женя уверенным голосом отвечает Ивану Васильевичу, что все отлично, идут хорошо, едут со всем комфортом. Слышно как бодрый доклад старшего механика перекрывает грохот и лязг нутра бронированного автомобиля, в котором они едут. Комфорт в металлической капсуле своеобразный, приходилось не раз испытать на себе во время командировок на Северный Кавказ, но наши друзья это испытанные люди, им такое нипочем.
Командир заканчивает разговор с нашими товарищами и поворачивается ко мне, уже окончательно пробудившемуся.
— Скоро поворот на Верхотурье, – говорит Иван Васильевич. – Мы все решили заехать в Свято-Никольский монастырь, поклониться святому праведному Симеону.
Я киваю одобрительно. Мне и самому хотелось предложить небольшое богомолье к этой древней уральской святыне. Что нас ждет впереди, какие испытания, трудно даже и предположить и поэтому надо поклониться святому праведному Симеону Верхотурскому, испросить молитв братии святой обители о нас, путешествующих.
Верхотурье… Оплот, твердыня веры православной на земле Урала. С каким трепетом, я еще совсем молодым священником, вместе с собратьями приезжал в возрожденный монастырь, храмы которого только-только очищались от многолетней мерзости запустения. Мы – священники и паломники – спали на полу, в келье, отапливаемой дровяной печью, а рано утром, затемно, бежали в выстывший храм, чтобы поучаствовать в божественной литургии.
Автобус медленно и плавно поворачивает на город. Зимний Верхотурье и его монастырь — это словно застывшая во времени драгоценность Урала, где природа и старина сплелись воедино. Над городом простирается чистое, безоблачное, голубое зимнее небо. Город затих, укрывшись снегом, и воздух звенит от мороза, наполняясь теплым запахом дровяного дыма из печей старых деревянных домов, украшенных резьбой. Широкая река Тура спит под толстым ледяным покровом. Пешеходный мост, будто намертво вмерзший в нее, ведет к древнему Троицкому камню, на котором стоит Верхотурский кремль — единственный на Урале.
Свято-Николаевский монастырь в Верхотурье.
Фото: Сергей КОЛЯСКИН.
Но истинным сердцем этого места, его духовным стержнем, является Свято-Николаевский монастырь. Его белые стены и башни царственно возвышаются над скромным частным сектором. А над всем парит великолепие Крестовоздвиженского собора — одного из крупнейших храмов России. Его золотые купола, отливающие на холодном солнце, и шпили колоколен пронзают высокое небо, звеня в морозном воздухе невидимым колокольным звоном тишины и благодати. Чтобы прочувствовать эту необыкновенную атмосферу, вдохнуть этот воздух, стоит приехать в морозный солнечный день или в период рождественских праздников, когда все вокруг особенно лучезарно и благостно.
Одетые в военную форму, входим мы под своды Крестовоздвиженского собора, на нас сотрудники собора смотрят удивленно, потом заинтересованно. Спрашивают, а куда это армия поехала. Говорю, кто я и вижу в ответ улыбки, да уж, не очень я похож в «цифровом» облачении на митрофорного протоиерея. Но вышедший из алтаря дежурный иеромонах меня узнает, и мы приветствуем друг друга. Как говорится, попа и в рогожке узнают.
Мы ставим свечи, подаем заказные в лавке, конечно, прикладываемся к мощам святого праведного Симеона, святых Верхотурских Илии и Арефы. Какое-то звенящее, радостное чувство читается на лицах у нашей «братии», я вижу, что не только один я переживаю минуты духовного подъема, мои товарищи тоже. Мы покидаем собор и невзирая на холод еще долго ходим по монастырскому двору, не можем расстаться с святым местом.
Фото: Сергей КОЛЯСКИН.
Сергей Михайлович заходит в монастырскую лавку и возвращается, держа в руках маленькую бутылочку с можжевеловым сбитнем. «Подумал, что такая штучка нам пригодится», - с улыбкой говорит Сергей Михайлович.
Наш командир из той же лавки выходит с небольшим образом святого праведного Симеона. «Вот», - говорит Иван Васильевич. – «Наша икона будет. Экспедиционная».
У меня с собой в специальном прозрачном чехле образ святителя Николая Мир Ликийских, благословение дорогого знакомого – отца Федора Конюхова, а на перевал мы везем икону-гравюру святого великомученика и победоносца Георгия, работы мастеров Златоустовской оружейной фабрики. Но лик покровителя и заступника уральской земли нам необходим. Снова возвращаемся в Крестовоздвиженский собор и прикладываем икону праведного Симеона к крышке раки его чудотворных мощей. Все, теперь можно ехать дальше.
Фото: Сергей КОЛЯСКИН.
«Такое войско не пропадет!»
Путь до Ивдели мы проделали без особых приключений. Много общались по дороге, смеялись, делились разными историями, среди которых были и различные версии гибели группы Игоря Дятлова 2 февраля 1959 года.
У нас давно сложилась командная традиция, которую мы поддерживаем и сейчас, в своих поездках с военно-технической помощью на фронт, она соблюдается неукоснительно как только начинается дорога. Экипаж автомобиля превращается в своего рода лекторий, и каждый вносит свою интеллектуальную лепту в это увлекательное, а главное, так скрашивающее долгий путь, занятие. Пустых разговоров мы стараемся не вести.
Слушая своих товарищей, я про себя очень радовался тому, как подобралась в плане личных интересов наша группа. Мы даже на начальном этапе хорошо чувствовали друг друга, и это вселяло уверенность в то, что предстоящее путешествие мы проделаем, сохранив мир и взаимопонимание. Вечерело, когда наш автобус-корабль, достаточно покачавшись на семисоткилометровом пути, въехал в Ивдель.
Ивдель — город на краю. На краю Свердловской области, на краю тайги, на краю памяти. Он не поражает яркой красотой, но затягивает суровой, молчаливой глубиной. Здесь когда-то мыли золото в речке Шайтанке, а теперь ищут в заросших лагерных вышках Ивдельлага ответы на исторические загадки. Это место, где прошлое не уходит, а медленно врастает в землю корнями кедров, и настоящее каждый день заново договаривается с суровой природой о праве на жизнь. Тихая гладь реки под синим льдом, под северным небом, несущая в своих водах отражения тайги и тысячелетнюю память земли – так увидел я Ивдель.
Здесь, в самом северном городе Свердловской области время течет иначе. Я бы сказал, что этот город, некогда первый русский форпост, звавшийся Лозьвинским городком, основанный в последнее двадцатилетие XVI века, живет на пересечении нескольких реальностей, создающих его неповторимый, противоречивый облик.
Климат — полноправный хозяин этих мест. Долгая, снежная зима с морозами под -40 сменяется коротким, прохладным летом. В период белых ночей, с середины мая до июня, сумерки так и не сгущаются в полночь, окрашивая тайгу в серебристые тона. Окрестности — царство для любителей дикой природы: скалистые берега рек Ивдель и Лозьва, пещеры со святилищами древних манси и бескрайние леса, где можно охотиться, собирать грибы и ягоды.
Суровый быт в «ураловском» КУНГе.
Фото: Сергей КОЛЯСКИН.
Но главный миф, главная легенда тут – это перевал Дятлова. Гора Холатчахль – «Гора Мертвецов» – магнитом тянет любителей тайн. Ежегодно его посещают тысячи туристов, что стало для округа стабильным, хотя и непростым, источником дохода. Для местных это не только мистическая история, но и повседневная работа спасателей, эвакуация неподготовленных путешественников и споры о том, как развивать инфраструктуру, не нарушая хрупкую природу и жизнь коренного народа манси. Именно с повседневной работой спасателей мы с ходу, так сказать, «с колес», и познакомились, едва припарковавшись у станции МЧС города.
Иван Васильевич и Памир отправились на станцию спасателей, чтобы зарегистрировать нашу группу и вернулись с новостью, что на ближайшую неделю ожидается максимальное понижение температуры воздуха от -49 до -53 градусов. При этом и сейчас уже на улице было не выше -40.
Памир добавил, что спасательная группа только что сняла с гор незадачливых снегоходчиков - парня и девушку, которые поехали прокатиться и потеряли снегоход, он сломался и встал. Молодые люди обморозили – не поморозили, а обморозили – себе все, что только можно, так как были экипированы неподобающим образом, причем, у девушки была обморожена даже роговица глаз.
Это сообщение произвело сильное впечатление на нас всех. Вот тогда мне и вспомнилось стихотворение Бунина, которое сделал я эпиграфом для этой части своих записок. Да, зима в Ивдели оказалась и впрямь «всех зим лютейших паче», что и говорить.
Командир был невозмутим. Настроен он был решительно и непреклонно – наша группа подготовлена, хорошо экипирована, большая часть пути будет пройдена на «Уралах», доберемся до перевала и оценим обстановку на месте. Однако, факт, что ивдельские спасатели предупредили об ответственности, которую мы принимаем на себя, продолжая путешествие в такие холода, командир довел до всех, включая водителей-испытателей автозавода, так как колонна «Уралов» прибыла в Ивдель пару часов спустя после нашего приезда.
Все участники экспедиции были единодушны: маршрут должен быть продолжен. Сотрудники станции МЧС вышли на улицу, чтобы проводить нас и не смогли сдержать удивления, граничащего с восторгом. Да, было на что взглянуть.
Колонна военных бронированных автомобилей выглядела очень внушительно. Окутанные клубами выхлопов, вытянутые в вереницу, рокотали двигателями «Тайфун», «Торнадо», «Тайфуненок» и два обычных «Урал NEXT» (на них перевозили снегоходы), еще один военный приземистый автомобиль, везший топливо. Замыкал колонну грозной брони «Урал» с оборудованным и довольно комфортным КУНГом в цветах Росгвардии, куда мы уже переместились со всем своим скарбом из автобуса.
— Мы вас спасать не поедем! – смеялись отважные парни-спасатели. – Такое войско не пропадет!
Иван Васильевич и Алексей Валерьевич простились с водителями автобуса и оптимистично велели «подать транспорт» не позднее 1 марта. Бывалые дядьки правительственного автохозяйства переглянулись и попросили все же отзвониться заранее, а то мало ли что.
Тепло расставшись со всеми провожающими нас, мы по команде «По машинам!» заняли свои места и наша колонна взяла курс на поселок Полуночное. Зимний вечер опустился на землю. Свет мощных фар, переговоры по радиосвязи, незнакомые пейзажи, едва видимые сквозь промерзшее оконце КУНГ, это все создавало иллюзию нереальности происходящего, погружало в зыбкие воспоминания о поездках по Чечне и Дагестану, охваченным боевыми действиями.
Один из бронированных «Уралов», участвовавших в экспедиции. Мощно выглядит!
Фото: Сергей КОЛЯСКИН.
Последний островок цивилизации
Народные мудрости это самые точные и едкие высказывания обо всем на свете. Гласит народная мудрость: «Военные карту достали, сейчас дорогу спрашивать будут» очень точна. Сербы говорят: «Карту чИтай, а бабу пИтай» – «карту читай, а бабушку спрашивай», тем самым подчеркивая всеобщность явления сверки карты с опросом населения людьми в форме.
Мы втянулись колонной в Полуночное и сбившись с дороги притормозили наши ревущие махины у единственного поселкового очага культуры и освещения на это время суток, вставшего у нас на пути – магазина. Местное население, значительно представленное кучей народа, несмотря на лютый мороз толкущейся у магазина, было доведено до ликования нашим появлением. Сугубую радость вызвала надпись «Росгвардия» на борту нашей «вахты» и шквал осипших и охрипших мужских голосов стал предрекать возможное развитие событий, могущих свершиться с учетом специфики увиденной жителями машины.
Командир, он ехал в головной бронированной «единице техники», вступил в диалог с населением и был удовлетворен подробным указанием того, как следует ехать на Вижай. Народ живо поинтересовался у Ивана Васильевича подробностями увиденного ими «шествия бронированных зверей», высказывая свои различные версии, в том числе, что где-то началась война.
Чувство юмора как и самообладание никогда не подводили Ивана Васильевича и он ответил лаконично: «Туристы мы», что было сущей правдой.
— Вы вводите нас в заблуждение недостоверной информацией! – с хохотом и свистом загудела братия Полуночного – Нехорошо говорить неправду!
Но наш командир прыгнул как барс в бронированную кабину головной машины и скомандовал без гагаринской улыбки: «Поехали!».
Не могу припомнить, который был час когда мы прибыли в Вижай, находящийся от Полуночного в шестидесяти километрах, темнота была хоть глаз выколи, хотя еще ночь не наступила. Пытаться разглядеть окрестности поселка или базы «Чистоп», на которой нам предстояло провести последнюю ночь, перед решающим маршем к перевалу Дятлова, про это нечего было и думать.
Вижай. Рубеж. Терминальная межа. Последний пункт, где заканчивается дорога и начинается безбрежная, молчаливая тайга Северного Урала. Поселок притих у слияния двух горных рек, Лозьвы и давшей ему имя Вижай, чье название с языка коми-пермяков означает «святой отец», а по-мансийски звучит как «Ялпынг-Я» — Священная река. Воздух здесь всегда прохладен, насыщен запахом хвои, влажной земли и речной свежести. Вокруг — гряды темно-зеленых кедрачей и ельников, над которыми возвышаются причудливые скальные останцы.
Стертый с лица земли чудовищным пожаром в 2010 году, окруженный зловещим мистическим ореолом мрачных тайн, сотканных из мифов и таежного колдовства, нынешний Вижай – это символ стойкости. Несмотря на официальный статус и запреты властей, несколько человек, преданных этому месту, вернулись. Среди пепла и бревен прежних домов они поставили новые срубы, бросили вызов забвению, явив свидетельство того, что связь человека с этой суровой землей не прервана.
Вижай – крошечный островочек жизни среди огромного моря тайги и памяти. Это одновременно призрак прошлого, мистический ориентир и живое проявление упрямства человеческого духа. «Мекка и Медина» искателей приключений, жаждущих ярких впечатлений, лихих покорителей снежной пустыни и повернутых экстремалов. Таков он, Вижай, приют странников, неудержимо рвущихся в царство холода и смерти.
В отчаянно ледяной, звездной до умопомрачения вижайской ночи так легко и от глубины сердца течет молитва. Помилуй нас, Господи! Помоги нам, святой праведный Симеон!
Продолжение следует.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Стали свидетелем интересного события или происшествия? Сообщите об этом нашим журналистам: +7-904-934-65-77 (Telegram) или kpchel@phkp.ru.
Подпишитесь на нас: ВКонтакте, Одноклассники, Telegram, Дзен.
При использовании материалов издания ссылка на «КП-Челябинск» обязательна.