«Пеленки меняла 6 раз, не знаю, как не померла только»: чем обернулись процедуры у черных косметологов в Магнитогорске. Истории пострадавших пациенток

Женщины столкнулись с осложнениями после процедур, сделанных в клинике

Фото: архив КП.

Хотела стать моложе и увереннее, а в итоге получила осложнения, которые до сих пор видно в зеркале. В этой истории сейчас разбираются следователи в Магнитогорске: там частная клиника проводила эстетические процедуры без лицензии на косметологию и пластическую хирургию.

На днях Следственный комитет возбудил уголовное дело на директора клиники и ее сына за услуги, которые не просто не соответствовали стандартам, а напрямую угрожали здоровью.

Корреспондент КП-Челябинск нашел еще несколько пострадавших от рук «черных косметологов». Они согласились рассказать, как пережили ужас, боролись с последствиями и даже чуть не погибли.

«От диагностики до идеального результата»

Так гласит подпись в рекламе клиники на популярном навигационном сервисе и справочнике. Клиника появилась в Магнитогорске в 2021 году. Ее основатель – 44 летняя женщина, уроженка Казахстана. В своих социальных сетях Гуля (так ее называют бывшие пациентки – Прим. ред.) делится знаниями и объясняет, почему ушла из хирургии. По ее словам, пластическая хирургия олицетворяет красоту, молодость, женщины с ее помощью становятся увереннее, а мужчины – лучше. В обычной же хирургии, по мнению врача, постоянно надо бороться за чью-то жизнь и проводить бессонные ночи. Поэтому в 2025 году было решено открыть еще одну клинику, но уже в Казахстане. Как «фея красоты» женщина постоянно летала из одной клиники в другую. Но поток клиентов был большой, разорваться между двумя городами было сложно. Выход нашелся – она начала обучать своему ремеслу 22-летнего сына.

– В казахстанском филиале клиники работает опытный хирург, который ее учит. Там она в операциях не участвует, там серьезная клиника, но в Магнитогорске все по-другому, – рассказала корреспонденту КП-Челябинск одна из пострадавших. – Она, конечно, врач, но не хирург, хоть у нее есть какие-то сертификаты на стене там. Успевала она все: две недели работала в Магнитогорске, потом на две недели уезжала в Казахстан. Когда большой поток людей к ней пошел, она перестала успевать работать в Магнитогорске. Начала сразу по три пациента принимать, дополнительно никого из специалистов не нанимала. Вместо этого привлекла сына, но он у нее абсолютно не врач. Я очень удивилась, когда увидела видео, как она учит сына прямо на женщине делать блефаропластику.

Почему-то это не остановило Марину (имя изменено – Прим. ред.) от нескольких процедур в клинике. Признается, что сначала ее все устраивало, а потом уже было поздно.

«Лежала под обезболивающим, а она убегала к другим»

Марине 46 лет. Она эффектная, ухоженная женщина – из тех, кто привык следить за собой всегда. В клинику она впервые пришла еще в 2022 году. Сначала все выглядело вполне прилично: делала много разных процедур, сначала уходовые, мелкие, потом уже решилась на более серьезные вмешательства.

– Я делала и мелкие процедуры, и крупные. Ботокс сделала, все было нормально. Потом липоредукцию – это операция по удалению жира через проколы. Три таких процедуры сделала на разных частях тела. Все было более-менее нормально. Результат, конечно, был не таким, как обещали в рекламе, но меня устраивало.

Правда, тогда уже начали появляться тревожные сигналы. По словам Марины, во время процедур нарушались базовые правила стерильности: окна могли открываться прямо во время операции, а врач мог снять перчатки, отвлечься на телефон и… забыть надеть их обратно. Со временем поток клиентов в клинике вырос, а вот порядок, по словам Марины, наоборот, исчез.

– На первой операции она закрывала салон полностью и занималась только мной. А вот дальше пошел поток клиентов. Она могла записать на одно время сразу двух-трех человек. Начать резать что-то мне, а потом бросить и уйти в другой кабинет. Я лежу под обезболивающим, она убегает к другому пациенту, что-то режет, колет, бросает и бежит снова ко мне.

Марина пыталась возражать, объясняла: вдруг станет плохо, а врач в это время в другом кабинете. Делать так с постоянной клиенткой косметолог перестала, но вот другие пациенты жаловались позже на то же самое.

Параллельно менялось и качество процедур. Марина начала замечать, что препараты перестали работать.

– С каждым разом в кабинетах становилось все грязнее – все было разбросано, шприцы валялись. Обычно косметолог всегда показывает ампулу, которую колет, шприц перед вашими глазами вскрывает. Она перестала это делать, и я стала замечать, что эффекта никакого нет, будто вода какая-то. Препарат не действовал как раньше. Она говорила, что это у меня кожа изменилась. Но у других специалистов все работало как надо.

В конечном итоге Марина перестала ходить в клинику. Но спустя время вернулась на серьезную операцию по подтяжке век. До этого женщина делала блефаропластику у профессионального хирурга и знала, как должен проходить процесс и восстановление.

– Я понимала, что мне лучше ехать к проверенному врачу в Челябинск, но времени у меня не было. На свой страх и риск пошла в клинику к Гуле, чувствовала, что не надо идти, но физически не могла по-другому.

Операция прошла 4 июля 2025 года. Марина с ужасом рассказывает, что происходило в это время.

– Мне ввели обезболивающее и сразу начали. Не подождали 15-20 минут, пока анестезия подействует. Было ощущение, что прокололи глаз. Потом начали резать – лазером, скальпелем. Мне было очень больно, на что мне сказали, мол «так и должно быть, терпи». Я была готова все это бросить и уйти, но уже было поздно. Уже был разрез на веках. Я просто лежала и терпела.

По словам Марины, швы наложили грубо. Последствия она почувствовала сразу.

– Три дня я вообще не могла закрыть глаза, не могла моргать, глаза сохли, слезились. Я ей об этом говорила, звонила, плакала. Она сказала, что все это из-за отека. Но я-то помню, как должно быть на самом деле. Когда мне делал операцию настоящий хирург, никаких следов у меня не было. Тут же только спустя полгода глаза стали закрываться. Долго ходила я со шрамами, глубокими ранами.

В августе женщину снова пригласили на осмотр. Там, по словам Марины, проблемный участок просто… разрезали заново.

– Ничего не изменилось. Я решила плюнуть и переделать это где-то, но ни один врач не взялся. Сказали, что слишком много кожи срезано. Нужно ждать. Сейчас у меня более-менее нормальный вид. Шрамы заросли. Их видно, конечно, когда близко смотришь.

Марина попыталась вернуть деньги за операцию – за нее она заплатила 35 тысяч рублей. Но, по ее словам, основательница клиники не только не вернула ей сумму, но и обвинила в желании «срубить бабла» и отправила разбираться со своим юристом. Связаться с ним оказалось непросто: ответа Марина ждала долго. Тогда обратилась в надзорные органы.В Роспотребнадзоре, по ее словам, на жалобы о перчатках, «перебежках» между пациентами и нарушении стерильности отреагировали сдержанно. Заявление с переписками, чеками было отправлено в прокуратуру, но там, как утверждает Марина, ответа тоже не получила.

«Как не померла только»

Еще одна пострадавшая, согласившаяся рассказать свою историю,– Надежда (имя изменено – Прим. ред.). Ей 47 лет. Она так же, как и Марина, была в клинике Магнитогорска не в первый раз. Первую процедуру – липоредукцию подбородка – сделали в декабре 2024 года.

– Подбородок делала сама Гуля. Никакой подготовки перед операцией не было. Просто пришла и сделала. В целом, процедура прошла более-менее в порядке. Сейчас, конечно, вижу, что ничего хорошего, все комками пошло.

На вторую операцию Надежда решилась в сентябре 2025 года. Признается, что живот большой был, поэтому решила его уменьшить.

– Записалась на липоредукцию живота. Ее уже делал сын Гули. Он постоянно отвлекался, даже не надел перчатки, когда приступил к операции. Потом вспомнил, надел. Разговаривал по телефону, отходил. Потом на помощь ему пришла Гуля.

После операции женщину отпустили домой. И почти сразу началось сильное кровотечение.

– Я, конечно, пожалела, что сразу не вызывала скорую дома. Вместо этого на такси поехала обратно к ним, но клиника уже была закрыта. Написала сообщение, ответ получила через 5 часов. Посоветовали выпить кровоостанавливающие препараты.

К этому моменту, по словам Надежды, ситуация была критической. Она успела поменять около 6 пеленок, которые насквозь были пропитаны…

– После кровоостанавливающих препаратов кровотечение прошло. Ночью я встала вся белая, вообще не знаю, как не померла только. Лежала долго, все болело. Потом с одного отверстия появился гной. Поехала к ним на осмотр. Ее сын меня осмотрел, сказал, что все будет нормально, и ничего страшного нет. Посоветовали мазь от воспаления. На животе были большие комки, пообещали, что они пройдут, рассосутся.

Надежда показала фотографии, сделанные после операции – смотреть на них без содрогания трудно. Живот покрыт множественными красными пятнами. С момента процедуры прошло около семи месяцев. Сейчас острые последствия уже ушли – кожа зажила, выраженных воспалений нет. Но остались заметные неровности и бугры, и теперь женщина не понимает, возможно ли это исправить.

– Я уже ходила на массаж, мне разбивали эти комки, но неровности видно даже сейчас. На животе все перекошено. Есть бугры и вздутая полоса. Я никуда не обращалась: ни в полицию, ни в суд. Хотя надо было, конечно. Надеюсь, сейчас следствие во всем разберется.

Не отвечает безопасности жизни и здоровья

Следственный комитет Челябинской области возбудил уголовное дело против директора клиники и ее сына 20 апреля 2025 года за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности.

Пострадавшей по этому делу проходит 55-летняя женщина, которой 16 июня 2025 года провели операцию, после которой на лице в местах проколов образовались гнойные очаги.

Как считает следствие, у директора клиники и ее сына не было права заниматься медицинской деятельностью по профилям «косметология» и «пластическая хирургия».

К ЧИТАТЕЛЯМ

Стали свидетелем интересного события или происшествия? Сообщите об этом нашим журналистам: +7-951-803-09-94 (MAX) или kpchel@phkp.ru.

Подпишитесь на нас: MAX, ВКонтакте, Одноклассники, Дзен.

При использовании материалов издания ссылка на «КП-Челябинск» обязательна.