«Нас пытались убить репутационно, но мы живы и работаем»: миасский ЗТМ прокомментировал слухи о банкротстве

Завод работает в нише тяжелых вездеходов для Севера.

erid: 2W5zFHGef5B

Миасский Завод тяжелых машин (ЗТМ) более десяти лет выпускает уникальную технику высокой проходимости. Ее заказывают не только нефтяники, но и горняки - для угольных разрезов и медных карьеров, для работы в условиях Крайнего Севера, болот, торфяников и полного бездорожья, где не проходит другая техника. В конце 2024 года на предприятии произошел корпоративный конфликт, переросший, как отмечают на заводе, в попытку «рейдерского» захвата: бывший партнер через суды и «черный пиар» попытался довести завод до банкротства. Репутационные атаки стоили нескольких крупных сделок, но предприятие не остановило работу. «Комсомолка» встретилась с гендиректором Алексеем Самохваловым, чтобы узнать, как завод отбивает сфабрикованные иски и строит планы по локализации и выходу на новые рынки.

ДЕСЯТЬ ЛЕТ В ТЯЖЕЛОМ ВЕСЕ

- Завод тяжелых машин работает в сегменте, где счет идет на единицы, а требования - на пределе возможного. Его техника востребована там, где кончаются дороги и начинаются болота. И так уже десять лет. Завод тяжелых машин (ЗТМ) - это не конвейер по сборке китайских грузовиков. Это узкая, штучная инженерия, - рассказывает Алексей Самохвалов.- Здесь рождаются автомобили, которых нет в каталогах масс-маркета: сверхпроходимые шасси для нефтяников, для угольных разрезов и медных карьеров, машины грузоподъемностью под 90 тонн, способные тащить за собой состав там, где другие сидят по мосты, а бульдозеры вязнут в торфе.

За десять лет предприятие прошло путь от опытных образцов, которые доводили до ума в реальных полевых условиях на Севере, до серийных поставок для структур «Газпрома».

Алексей Самохвалов.

- Мы не делаем машины «как у всех». Мы как ателье индивидуального пошива, только для грузовиков, - объясняет гендиректор Алексей Самохвалов. - Клиент приходит не со списком требований к деталям, а с реальной проблемой: «Мне нужно перевезти тяжелый груз по бездорожью, в гору, по болоту». А мы проектируем и собираем машину, которая справится именно с этой задачей. Под каждого заказчика - свое инженерное решение.

Казалось бы, уникальная ниша, отсутствие прямых конкурентов в классе тяжелых вездеходов для Севера и десять лет эволюции - залог стабильности. Но в конце 2024 года предприятие столкнулось с вызовом, который едва не перечеркнул все.

КОРПОРАТИВНЫЙ КОНФЛИКТ КАК РЕЙДЕРСКИЙ ЗАХВАТ

- В любой семье бывают ссоры, но то, что произошло на заводе, сложно назвать иначе как спланированной попыткой уничтожения, - считают на заводе.

На протяжении полутора лет с предприятием сотрудничала компания в качестве торгового дома. Взаимодействие было рабочим, пока партнер не захотел большего - 51% завода.

- В декабре 2024 года мы официально сказали: нам не по пути. И сразу же появилась целая серия юридических инструментов, которые можно описать старым, но точным словом «рейдерский захват». Только сейчас этот термин заменен на «совокупность действий», - рассказывает Самохвалов. - Суть этой совокупности проста: сделать завод банкротом, испортив его репутацию и перекрыв кислород. Первым делом в информационное поле были «выброшены» новости об иске на 1 миллиард 200 миллионов рублей. Параллельно бывший партнер начал незаконно переоформлять нашу продукцию на третьих лиц и продавать ее.

- Я стою на территории, у меня есть машины, я готов их продать, рассчитаться по долгам и жить дальше, - говорит Алексей. - Но эти машины уже продали за моей спиной. В итоге сделки удалось признать недействительными. Но почти год мы не могли реализовать собственную технику.

Кульминацией стал иск на 96 миллионов, который в ходе судебных разбирательств, по словам Самохвалова, превратился в попытку инициировать банкротство.

- Долг перекупила третья сторона, чья цель - не деньги, а наша территория и цеха, - констатирует гендиректор.

При этом по первому «громкому» иску на 1,2 миллиарда суд на днях вынес решение на 12 миллионов рублей (решение суда еще не вступило в законную силу):

- Понимаете масштаб? Искали слона, нашли комара.

УДАР «ЧЕРНОГО ПИАРА»

- Самое неприятное в новой экономической реальности - это даже не арест счетов (с этим справляемся), а наша испорченная деловая репутация. Пока в арбитражах шли тяжбы, в новостных лентах зрела картина катастрофы. Бывший партнер распустил слух, что завод распродает уникальные прессы и оборудование, - считает генеральный директор.

- Звонят люди, спрашивают, правда ли мы продаем прессы. А мы работаем, у нас все загружено! - отмечает Алексей. - Но самое обидное - сорвались две крупные сделки. Приходят потенциальные партнеры, открывают новости, видят эти иски на миллиард и слухи про распродажу и говорят: нет, спасибо, рисковать не будем.

ЗТМ работает на рынке больше 10 лет.

Ситуация усугубилась общим падением рынка. 2025 год стал крайне сложным для всей спецтехники. По словам Самохвалова, у 90% коммерсантов объемы упали на 80%.

- Кто делал 20 машин, сейчас делает 2-3. Мы не исключение, но держимся. В самый плохой год мы сделали и отгрузили 15 машин. Собрали, покрасили, поставили на учет. Машины эксплуатируются, заказчики довольны.

ЖИВОЙ ЗАВОД: ТЕХНИКА, КОТОРАЯ ВЫВОЗИТ

Как убедить партнера, что заводу можно доверять, когда вокруг звон фейков о банкротстве? Только фактами и открытостью. Алексей Самохвалов перешел на ручное управление доверием.

- Я беру видеокамеру, иду в цех и показываю клиенту: «Вот твоя рама, вот мотор, вот сборка». Заказчики приезжают к нам и сами наблюдают за процессом. Видят, что процесс идет, - говорит он.

И эти усилия дают результат, о чем «КП» с гордостью сообщил гендиректор:

- В феврале-марте 2026 года партия машин ушла в «Газпром». Эта техника пришла на смену устаревшим советским тяжелым тягачам, которые уже не могли работать в прежнем режиме. Но самый показательный пример - это сотрудничество с разработчиками нефтяного оборудования. Заказчик обратился с задачей смонтировать его собственную колтюбинговую установку на шасси завода. Задача была не из простых: требовалось адаптировать навесное оборудование под конструкцию автомобиля - рассчитать крепления, поперечины, усилить раму, согласовать крутящий момент. Завод справился. Более того, изготовили не одну, а две единицы: первая - на обычном шасси, вторая - на тягаче с полуприцепом. Получилась двухсоставная установка.

По словам Самохвалова, заказчик представил эту разработку в Фонд развития промышленности как инновационное решение. Сейчас машина проходит испытания. Как только они закончатся успешно, пойдет еще одна партия: уже есть предварительная договоренность. А главное - на заводе отметили, что такая конструкция позволила повысить производительность спуско-подъемных операций при бурении на 40%.

Производство находится в Миассе.

- Когда ты создаешь машину, проектируешь, собираешь, доводишь до ума - и потребитель доволен твоей продукцией - это настоящее удовольствие, - говорит Самохвалов. - Испытания на Севере - лучшая проверка. Наши машины прошли обкатку в самых тяжелых условиях: на гидронамывных карьерах и торфяниках. Был случай: на одном объекте застряла другая техника. Чтобы мы могли проехать, пришлось оттаскивать ее в сторону. У наших машин мощность 600 лошадиных сил, это не тихоходные грузовики. Но когда задействованы все системы полного привода, скорость снижается до 4 км/ч. Зато в таком режиме мы можем перевозить 90 тонн буровых реагентов, груза по болоту - там, где больше никто не проедет, - рассказывает директор.

СТРАТЕГИЯ - ЛОКАЛИЗАЦИЯ

На предприятии говорят: пока многие игроки рынка живут по принципу «досидим до 2030 года, а там и утильсбор снизят», Завод тяжелых машин выбрал другой путь. Нагнетание обстановки вокруг банкротства не отразилось на планах развития.

- Наша цель - максимальная локализация. Быть российским производителем не по бумажке, а по сути. Сегодня мы используем китайский двигатель. Но как только появится доступный российский мотор, мы сразу перейдем на него. Даже если он будет дороже, мы все равно пойдем на этот шаг. У нас уже своя рама, рессоры, подвеска. Следующий этап - штамповка и сварка кабины. Это позволит нам получить статус российского производителя. Мы к этому идем, - раскрывает планы Самохвалов.

Локализация - это не просто слова. Она нужна, чтобы ЗТМ мог выходить на государственные тендеры, поставлять технику для Минобороны, МЧС и других ведомств. Со слов Алексея Самохвалова, завод хочет быть полезным стране, закрывать те ниши, которые неинтересны гигантскому конвейеру.

- Завод уже вступил в программу повышения производительности труда. Однако для получения субсидий, льготных кредитов и дальнейшего взаимодействия с Фондом развития промышленности необходимо очистить историю - убрать судебные риски и репутационный шум, - утверждает Алексей.

Цель предприятия - максимальная локализация.

По словам гендиректора, этот вопрос сейчас решается.

- У многих производителей нет цели развивать промышленность. Задача простая: купить в Китае подешевле, продать подороже и получить быструю выгоду. А я хочу, чтобы наша машина стала по-настоящему российской, - считает Самохвалов.

ДОВЕРИЕ ПОСЛЕ БУРИ

- Сегодня Завод тяжелых машин - это компания, которая пережила «клиническую смерть» репутации и выжила, - убежден гендиректор.

У нее есть конкретные активы (недвижимость, уникальные прессы, готовые машины на площадке), реальные контракты с нефтяным сектором, угольщиками и горняками, а также инженерная школа, позволяющая решать задачи, которые, уверены на заводе, не под силу масс-маркету.

- Да, некоторые сделки срываются из-за «черного пиара». Да, пришлось вести тяжелую юридическую борьбу, отбивая каждый исполнительный лист в апелляциях и кассациях. Но завод стоит. Он не распродает прессы и не бежит от обязательств, - сообщил «КП» Алексей Самохвалов.

- Мы работаем, создаем новую технику. Продаем ее и закрываем обязательства. Мы честны. И это главное, что должны знать наши партнеры. Мы работаем, строим планы и останемся здесь надолго, - резюмирует Алексей Самохвалов.

Предприятие просит оценивать его не по шуму в новостях, созданному «рейдерами», а по реальной работе колесной техники на северных месторождениях и в карьерах.

- Там, где счет идет на срывы графиков бурения и добычи, машины ЗТМ едут и вывозят. И это лучшая рекомендация, - подводит итог сказанному гендиректор.

Реклама. ООО «Русич-Сервис», ИНН 8602153150