На город шли танки: что происходило в Челябинске во время путча ГКЧП в августе 1991 годафото

20 августа на площади Революции взвился триколор, который на следующий день заменит флаг СССР на здании городской администрации. Фото: chelchel-ru.livejournal.com

35 лет назад в лексикон жителей самой большой страны в мире раз и навсегда вошло короткое, словно выстрел, слово «путч». ГКЧП — группа высших советских руководителей реакционных взглядов — попытался навести в стране порядок радикальными мерами в кратчайшие сроки. Эта попытка провалилась: начавшуюся за несколько лет до того демократизацию общества к августу 1991 года оказалось невозможно повернуть вспять, более того — центробежные тенденции только усилились и менее, чем через полгода, Советский Союз прекратил свое существование.

Основные события госпереворота, продлившегося три дня, с 19 по 21 августа, развернулись в Москве, где дело дошло и до стрельбы, и до кровопролития. На просторах огромной страны политический инфаркт в союзном центре был воспринят по-разному. Какими были в Челябинске эти августовские дни?

К сожалению, время неумолимо: большинство главных действующих лиц тех событий уже ушли из жизни — председатель челябинского горкома и горсовета Вадим Соловьев и председатель облисполкома Петр Сумин, ставшие один за другим губернаторами региона, начальник орготдела горисполкома (позже — вице-губернатор) Борис Мирзахи и начальник областного КГБ Анатолий Сурков, возглавлявший потом областной совет ветеранов. Но живы их воспоминания на страницах региональной прессы и открыты архивы, с которыми работают историки.

Фото: chelchel-ru.livejournal.com

Как и все остальные жители страны, челябинцы узнали о том, что в стране сменилась власть, утром понедельника, 19 августа, включив телевизор: в эфире вместо привычных программ центральное телевидение передавало только зачитываемые дикторами указы ГКЧП и концерты классической музыки — «Лебединое озеро» станет потом медийным символом тех событий. Еще затемно региональные руководители получили из Москвы указание создать областной комитет по чрезвычайному положению. Однако ОКЧП в Челябинске так и не появился: Петр Сумин, Анатолий Сурков и секретарь обкома КПСС Алексей Литовченко решили не торопить события, обойтись без демонстрации силы и сосредоточиться на сохранении нормальной, рабочей обстановки на предприятиях и в городских службах.

Фото: Алексей Гольянов / ОГАЧО

— Так было во многих регионах РСФСР: местные руководители заняли выжидательную позицию и наблюдали, куда качнется маятник, старались избегать каких-то радикальных проявлений и занимать ту или иную сторону, — рассказал КП-Челябинск кандидат исторических наук, замруководителя Объединенного госархива Челябинской области Николай Антипин. — Хотя, например, в Татарстане Минтимер Шаймиев однозначно поддержал ГКЧП и поручил исполнять его решения, а Свердловск, наоборот, стал одним из центров сопротивления путчистам: в городе был огромный, более 100 тысяч человек, митинг, известно, что планировалось сделать Свердловск альтернативной столицей страны, куда, в случае неудачи в Москве, прилетел бы Борис Ельцин.

Фото: chelchel-ru.livejournal.com

Демонстрации на площади Революции в Челябинске начались уже в первый день путча, а 20 августа митинг под эгидой движения «Демократическая Россия» стал постоянным и насчитывал, судя по фотографиям, не более 3-4 тысяч человек — не так уж и много для города-миллионника (особенно на фоне стотысячной демонстрации неповиновения ГКЧП в Свердловске), но достаточно заметно для гражданских властей, которые не стали предпринимать меры по разгону собравшихся.

Фото: Алексей Гольянов / ОГАЧО

Но был и другой полюс власти — армия: в состав ГКЧП входил министр обороны СССР Дмитрий Язов, который поручил войскам подавлять стихийные выступления в городах. Участники событий рассказывали, что Чебаркульская дивизия получила приказ выдвинуть танки в Миасс и Челябинск, а также перекрыть трассу на Москву. По воспоминаниям Анатолия Суркова, в Миассе танки появились, а до Челябинска не дошли — как и в столице, военных убедили в том, что они выполняют незаконные распоряжения, и те вернулись в места дислокации. Кровопролития удалось избежать. Впоследствии все участники тех событий отмечали, что в городе удалось сохранить стабильность, и в целом те августовские дни прошли достаточно спокойно: не было забастовок на заводах, ходил городской транспорт, в школах и вузах не отменяли занятия.

Впрочем, и среди гражданских властей не было единства. Пока областные руководители скованные информационным вакуумом, проявляли нерешительность, на митинге на площади Революции и в эфире городского радио выступал Вадим Соловьев — руководитель городской администрации и активный сторонник Бориса Ельцина. Именно по распоряжению Соловьева со здания горсовета на третий день путча, 21 августа, был снят красный флаг с серпом и молотом и водружен сшитый из подручных материалов новый государственный символ — бело-сине-красное полотнище.

Как утверждалось впоследствии, Челябинск стал первым городом России, где триколор был поднят над государственным учреждением официально, по решению местной власти. Во всей остальной стране это сделали на следующий день — с тех пор 22 августа отмечается как День Государственного флага Российской Федерации.

Следом за горсоветом триколор появился и на здании обкома КПСС — сейчас в нем заседает Законодательное собрание региона. Фото: Алексей Гольянов / ОГАЧО

Разница в поведении Петра Сумина и Вадима Соловьева в дни путча ГКЧП в Челябинске имела большие политические последствия, добавляет Николай Антипин:

— После августа 1991 года Верховный Совет дал президенту полномочия назначать глав областных администраций. И в октябре того же года вместо Петра Сумина главой региона стал Вадим Соловьев. Он в дни августовских событий проявил себя ярко и публично: моментально, без задержек высказался в поддержку Ельцина и против ГКЧП. Сумин, конечно, тоже высказался, но это произошло, когда исход противостояния был в целом ясен, что послужило основанием для подозрений в его нелояльности Ельцину. Все это вылилось в известное противостояние Соловьева и Сумина, которое вскоре превратилось в настоящее двоевластие. Оно разрешилось в октябре 1993 года после нового государственного переворота, который устроил уже сам Борис Ельцин в отношении оппонировавших ему Верховного Совета РФ и областных и республиканских советов депутатов.

События августа 1991 года не стоит воспринимать как единый антиреакционный демократический порыв, отмечает кандидат исторических наук, руководитель программы «История» Президентской академии Александр Фокин. По его словам, в масштабах страны обстановка в августовские дни была крайне неоднородной, а кинематографичные кадры массовых демонстраций противников путча, фактически, затмили остальные полутона этой сложно устроенной картины.

— Даже внутри регионов не было безусловного единства, например, власти Варненского района Челябинской области открыто поддержали ГКЧП. И в высоких кабинетах было все неоднозначно: были ситуации, когда начальник МВД занимал сторону протестующих, а начальник госбезопасности поддерживал ГКЧП. Надо помнить и то, что массовые выступления против ГКЧП в Челябинске и других городах — Свердловске, Волгограде, Ленинграде — были не совсем стихийными. Они опирались на развитую сеть демократических объединений и неформальных организаций, ставшую тем мотором, который завел общественность и вывел людей на улицы. Думаю, что членам ГКЧП не хватило аналогичных сетевых инструментов контроля и политической решительности — если бы комитет проявил себя более уверенно и настойчиво, то мог бы найти своих сторонников почти в каждом крупном регионе, опереться на них, и, даже несмотря на массовые митинги своих противников, удержать ситуацию в стране под контролем, — считает Александр Фокин.

К ЧИТАТЕЛЯМ

Стали свидетелем интересного события или происшествия? Сообщите об этом нашим журналистам: +7-951-803-09-94 (MAX) или kpchel@phkp.ru.

Подпишитесь на нас: MAX, ВКонтакте, Одноклассники, Дзен.

При использовании материалов издания ссылка на «КП-Челябинск» обязательна.