
Вика ласково называет мужа Борисом Яковлевичем и котиком. Из-за большой разницы в возрасте (мужчина старше супруги почти на 40 лет) на них обижались родственники, пытались пристыдить на ток-шоу и упорно твердили, что это все ненадолго. А Розенберги уехали из города-миллионника в тот, где живет чуть больше десятка тысяч человек, и стали еще счастливее. Там они превращают старинный дом в музей, делают сладости и соленья на продажу, а еще растят в невероятной любви троих детей.

В 22 года у Вики уже были кот и муж, а еще первая работа – журналистом в одной из челябинских газет. Но что-то было не так. А дальше все могло быть как в кино: Вика пришла брать интервью у Бориса Яковлевича и… влюбилась. Но в жизни все было не так ярко и быстро. Сначала была дружба.
Статный военный в отставке, бывший полковник поразил сердце юной красавицы. Сейчас Борис Яковлевич со смехом вспоминает, что Вика тогда была как ребенок, а жена ласково бурчит в ответ: мол, она вообще-то была в сарафане с декольте.
Борис Яковлевич заботился о девочке-журналистке без задней мысли: то куртку на холоде даст, то приобнимет, но так, по-дружески. Даже познакомился с родителями Вики, которые оказались младше него. Девушка понимала: вот он, настоящий мужчина. А с мужем-ровесником, который плыл по течению и не хотел ничего решать или менять, развелась. Но заверяет, что между ней и Борисом Яковлевичем тогда еще ничего не было.
— Я сначала отговаривал ее (от развода. – Прим. Ред.), потом попытался найти ей парня среди моих знакомых, — вспоминает он. Но ничего не выходило.

В какой момент дружба переросла в любовь, супруги и сами не могут сказать. Но признаются, что сначала скрывали новый статус отношений, особенно от детей и внуков Бориса Яковлевича. Он овдовел за полгода до встречи с Викой. Родственники и друзья похоже и не думали, что он получит еще один шанс на семейное счастье, да еще и с девушкой младше почти на 40 лет.
Старшим детям о рождении малышки Евы решился рассказать, когда ей было уже несколько месяцев. А свадьбу с Викой сыграли еще через несколько лет.

Но хуже всего себя повели совершенно чужие люди. Когда супруги рассказали свою историю журналистам, в комментариях начался настоящий ад, как только Бориса Яковлевича не называли. Тогда Вика резко ответила хейтерам, напомнив, что совершеннолетие наступает в 18 лет, а на момент знакомства ей было 22 года. Сейчас на редкий негатив реагирует спокойно:
– Ничего не отвечаю. Я не трачу свое время и эмоциональные ресурсы на этих людей.

Три года назад Вика сменила работу и вместе с мужем, дочкой и сыновьями-близнецами уехала из города-миллионника Челябинска в маленькую, но очень уютную Юрюзань, что находится в двухстах километрах от областного центра.
– От решения «Все, переезжаем» до самого переезда была всего неделя. За это время мы решили все вопросы на работе, купили дом, который еще достраивали три года. Недавно он стал более-менее пригодным для комфортного проживания, и мы сюда перебрались. О переезде не пожалели, потому что заранее все продумали: где работать, как жить, какие трудности могут быть и как мы будем их решать. Все было четко распланировано, нужен был только определенный толчок, которым стало предложение по работе, – вспоминает Виктория.


Уже около трех лет семья Розенберг живет в Юрюзани. На мой вопрос, как поменялась их жизнь, Вика лишь пожимает плечами: мол, как работали, так и работаем. Она ведет социальные сети, а супруг трудится при Министерстве образования.
– Мы просто переставили жизнь «на деревенские рельсы».

Да и дети тут могут спокойно ходить в гости к бабушке и дедушке – родителям Вики. Она тоже выросла в небольшом городке и с легкостью справляется с огородом и домом, так еще и пельмени сама лепит! Признаюсь, я думала, что Борису Яковлевичу непросто, ведь до этого он жил в квартире в Челябинске, а в частном доме хлопоты не заканчиваются никогда. Но, признаю, была неправа.
– Борис Яковлевич все детство жил в частном доме, его родители держали хозяйство, поэтому он в курсе, что тут и как. Вся работа по дому и огороду у нас распланирована. Для меня это – огромное удовольствие: я встаю утром, выхожу во двор, собираю свежую зелень (в теплице первая редиска и зелень появляются в середине апреля) – и тут же, на, пожалуйста, свежий салат. Вечером, пока дети играют, соберу им ягоды. Заготовки делать тоже люблю. Особенно когда смотрю, сколько это все стоит в магазине. У нас прямо за домом – горка, можно кататься на санках или бубликах. В пяти минутах ходьбы – пляж (зимой тут лыжи и каток, летом – катаемся на лодке или сапборде), да и просто само место у нас удивительное. Наш дом находится на стыке жизни и забвения: ниже – полузаброшенная улица Вторая Кричная.


Удивительно, но в маленьком городке, где все друг друга знают, пара Розенберг не вызывает такого фурора, как в Челябинске.
– В Юрюзани вообще никто, как мне кажется, не обращает внимание на нашу разницу в возрасте, – признается Виктория.

Несколько лет назад, когда еще свой дом не был достроен, семья решилась на авантюру: купили еще один, старый, чтобы открыть там музей. Сейчас в нем потихоньку делают ремонт, а друзья и знакомые привозят старинную мебель, предметы обихода и посуду. Но работы впереди еще много, признается семья.
– Мы пока стараемся своими силами все делать, но, видимо, придется прибегать к сторонней помощи. Сейчас задача – покрасить стены, чтобы можно было хотя бы расставить мебель. Нужно приводить в порядок двор – здесь задача осложняется тем, что эта работа требует большой физической силы: поставить нормальный забор, разобрать огромную гору досок, которые остались от надворных построек и т.д.

Виктория относится к этому дому словно к живому существу. У него своя богатая история, которую стараются сохранить.
– Сам наш дом для меня – огромная ценность и любовь. Нам удалось узнать, что это – родовой дом, здесь на протяжении большей части 20 века жила одна семья: Иван Васильевич и Анна Александровна Долинины. С нами на связь вышли их племянники, которые делятся воспоминаниями и фотографиями. И у меня есть ощущение, что наш дом вновь обретает прежних хозяев. Этих людей физически уже давно нет, но они здесь, с нами: осталась печь, где тетя Нюра пекла самые вкусные в мире булочки, на цокольном этаже остался рабочий стол – дядя Ваня был, как говорят, человеком с руками, хозяйственным. Возможно, поэтому спустя 35 лет, как его не стало – дом по-прежнему в хорошем состоянии.

Виктория признается, что пока даже не задумывается, станет ли музей популярным и будут ли сюда приезжать из других городов. Этот проект они делают в первую очередь из собственного интереса.

Завершить эту яркую и вдохновляющую историю хочется ответом Виктории на вопрос: чем маленький город лучше мегаполиса?
– Ничем не лучше и не хуже. Везде свои плюсы и минусы. Я с удовольствием приезжаю в Челябинск по делам и с удовольствием живу в Юрюзани. Когда-то, наоборот, ездила сюда по делам и возвращалась в Челябинск домой. В маленьком городе, конечно, лучше воздух, ближе качественные натуральные продукты, в шаговой доступности природа: леса, реки, поля. А в большом городе, конечно, больше возможностей: медицина, образование, карьера и технологичные развлечения.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Эту пару принимают за деда и внучку: журналистка из Челябинска вышла за мужчину на 40 лет старше
Сохранилась даже русская печь: многодетная семья из Челябинска купила старинный дом, чтобы открыть там музей
Челябинская пара с разницей в возрасте 40 лет ответила на оскорбления комментаторов
«Ставили бесплодие»: пара из Челябинска с разницей в возрасте 40 лет сделала шокирующее заявление
К ЧИТАТЕЛЯМ
Присылайте сообщения в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники.
Viber/WhatsApp: +7-904-934-65-77
Также у нас есть канал на Яндекс.Дзен и Телеграм
Почта: kpchel@phkp.ru